Сэмпсон видел
мистера Уилла в ложе с кем-то из его светских друзей и не сомневался, что
этот негодный предатель был одним из вдохновителей и вожаков тайного сговора
против меня,
- Я бы сбросил его прямо в партер, - говорил мой верный друг (и, будучи
настоящим мужчиной, он вполне мог бы осуществить свою угрозу), - но тут я
заметил, что по фойе рыщут посланцы мистера Надаба, и вынужден был смотать
удочки.
Да, недаром говорится: цыплят по осени считают! Все мои надежды
поправить дела сборами от спектаклей пошли прахом!
Перед началом представления я глянул из-за опущенного занавеса в
зрительный зал и увидел, что он довольно полон; в одной из передних лож мне
бросился в глаза мистер Джонсон в расшитом жилете и рядом с ним его друг -
мистер Рейнольдс; последний был глух, а первый - подслеповат, и потому они,
как видно, пришли вместе, чтобы общими, так сказать, усилиями, составить
мнение о моей бедной трагедии. Увидел я и леди Марию (узнал ее по знакомому
мне капору), она сидела в первом ярусе, откуда могла теперь снова
наслаждаться игрой своего возлюбленного, исполнявшего главную роль в пьесе.
Что касается Тео, то она честно призналась мне, что предпочла бы не ходить в
театр, если, конечно, я не буду настаивать, чего я, разумеется, не стал
делать; я знал, что в случае провала мне будет невыносимо видеть ее
страдания, и охотно согласился с тем, что ей лучше остаться дома.
Сам же я, будучи человеком довольно уравновешенным и, льщу себя
надеждой, умеющим владеть собой как в радости, так и в горе, отправился
после легкого обеда в трактире в театр незадолго до начала представления и
решил оставаться там до конца, чтобы встретить победу или поражение.
Признаюсь, я не мог не видеть, в какую сторону клонятся чаши весов. Что-то
унылое и зловещее ощущалось в этот вечер в атмосфере театра. У мисс Причард
разболелась голова; парикмахер совершенно безобразно напудрил парик мистера
Хэгана; на лицах всех актеров и актрис, которых я видел за кулисами, было
написано сомнение и директор театра (весьма, на мои взгляд, дерзкий, если не
сказать просто нахальный господин - в этот день он, как и все, тоже был
мрачен, словно наемный плакальщик на похоронах) имел наглость сказать мне:
- Бога ради, мистер Уорингтон, ступайте, выпейте стакан пунша в
трактире и не нагоняйте на всех страху вашей унылой физиономией?
- Сударь, - отвечал я, - за пять шиллингов вместе с билетом я купил
право отпускать замечания насчет вашей физиономии, но я никогда не давал вам
права касаться моей.
- Сударь, - говорит он в чрезвычайном раздражении, - а я от всей души
желал бы никогда не видеть вашей.
- Ваша физиономия, - говорю я, - наоборот, доставила мне немало веселых
минут, а уж когда она загримирована для Абеля Драггера, тут можно просто
помереть со смеху! - И надо отдать справедливость мистеру Гаррику; в низкой
комедии он и вправду был неподражаем. |