|
Миледи рассказала нам о всех придворных торжествах, о блеске и великолепии, коими было окружено появление на свет наследника престола. Нашему доброму другу мистеру Джонсону случилось заглянуть к нам как раз в тот день, когда экипаж графини, отливая на солнце золотом, остановился у нашей скромной калитки. Немало пораженный этим величием и пышностью, он отвесил графине поклон, в котором почтительность явно взяла верх над грацией. Графиня очень милостиво назвала меня кузеном и так далеко простерла свою благосклонность, что сама помогла переместить желе из серебряного судка в нашу фаянсовую мисочку. Доктор отведал этого лакомства и нашел его превосходным. - Для великих мира сего, - сказал он, - фортуна не скупится на дары, сэр. Они могут покупать услуги самых искусных знатоков кулинарной науки и собирать самые выдающиеся умы и самые острые языки за своим столом. Если, как вы предполагаете, сэр, это лакомство уже побывало на обеденном столе ее сиятельства (а по внешнему виду ваше предположение кажется мне вполне правдоподобным), то, во всяком случае, оно находилось в хорошей компании. Это желе дрожало под взглядом прославленных красавиц, оно таяло на их пунцовых губках, оно привлекало к себе внимание избранного общества, наряду с фруктами, пирожным и кремами, которые, без сомнения, были не менее восхитительны. - Произнося эти тираду, добрый доктор поглотил довольно основательную часть даров леди Каслвуд. Однако, должен признаться, моя жена, отведав желе, поморщилась и отодвинула его от себя, а Молли, презрительно тряхнув головой, заявила, что оно прокисло. Мой новорожденный все же удостоился чести стать крестником дочери графа, ибо крестной матерью его была наша бедная леди Мария, чья доброта и внимание к молодой матери и к младенцу были выше всех похвал. Лишенная счастья материнства, Мария проявляла трогательную заботу о нашем ребенке. Сейчас капитан Майлз весьма красивый и представительный молодой человек, и гусарский мундир, который он носит, не менее великолепен, чем форма любого другого военного щеголя, но будем надеяться, что его доброе сердце и истинное благородство не позволят ему проявить неблагодарность и забыть о том, что в младенчестве его заворачивали в пеленки, приготовленные для дитяти бедного актера. Сэмпсон крестил его в той самой церкви в Саутуорке, где венчались мы, и, мне кажется, никогда еще слова молитвы не звучали внушительней и прекрасней, хотя в конце обряда голос доброго капеллана дрогнул, и он вместе со своей небольшой паствой невольно смахнул слезу. - Даже сам мистер Гаррик, - сказал Хэган, - не мог бы более возвышенно произнести эти слова, сэр. Ни одна невинная душа, скажу я вам, еще не вступала в мир, сопутствуемая столь искренним и задушевным благословением. А теперь я должен поведать вам о том, как случилось, что наш капитан был наречен Майлзом. |
