Изменить размер шрифта - +
Мы-то возникли недавно… И ученики благодарны ей за учебу — ведь она давала такие знания и навыки, которые остальным, обучающимся по стандартной программе, и не снились.

— Спасибо, святой отец. За всё.

— Не благодари, Макс. Это я должен тебя благодарить. За жизнь. За то, что ты не бросил меня там, в бункере. За то, что ты оказался тем, кем оказался, — хорошим человеком, несмотря ни на что.

Мы пожали друг другу руки. Крепко, по-мужски.

— Удачи тебе в столице, — сказал Марк. — И помни: если понадобится помощь, я всегда на расстоянии одного послания. У Церкви есть свои способы связи.

— Буду иметь в виду.

Я вышел из храма и направился в «Берлогу». Перед отъездом мне нужно было сделать ещё несколько дел: попрощаться с Харлампием и Марфой, заплатить за номер вперёд (на случай, если я когда-нибудь вернусь), забрать последние вещи.

Вечером того же дня я сидел в своей комнате и перебирал вещи. Деньги, оружие, амулеты, одежда. Всё упаковано, всё готово. Завтра утром я отправляюсь в путь.

И тут в дверь постучали.

— Войдите, — отозвался я.

Дверь открылась. На пороге стояла Маша, десятник городской стражи. Та самая, с которой у меня была памятная встреча перед охотой на ведьму.

— Макс? Можно? — неуверенно спросила она.

— Конечно. Проходи.

Она вошла и прикрыла дверь. Стояла, мялась и не знала, с чего начать.

— Я слышала, ты уезжаешь, — сказала она наконец. — В столицу.

— Да. Завтра утром.

— Понятно, — она опустила глаза. — Я… я хотела попрощаться. И поблагодарить. За то, что ты сделал для города. За ведьму, за то, что ты спас тех магов от Кравцова. Ты… ты настоящий герой, Макс.

Я усмехнулся.

— Я не герой, Маша. Я просто делал свою работу.

— Может, и так. Но всё равно… спасибо.

Она подошла ближе и встала передо мной. В её глазах читалось нечто большее, чем просто благодарность.

— И ещё… — она запнулась. — Я хотела сказать, что… что ты мне нравишься. Нравился с первой встречи. И я… я буду скучать по тебе.

Повисла неловкая пауза. Я не знал, что ответить. Часть меня хотела сказать что-то ободряющее, обнадеживающее. Но другая часть знала, что это было бы нечестно.

— Маша, — осторожно начал я. — Ты прекрасная девушка. Умная, красивая, смелая. Любой мужчина был бы счастлив быть с тобой. Но я… я не из тех, кто может осесть на одном месте. Моя жизнь — это дорога, охота, опасность. Я не могу дать тебе то, чего ты заслуживаешь. Спокойствие, стабильность, семью.

Она кивнула, стараясь не показать разочарования.

— Я понимаю. Просто… просто хотела сказать. Чтобы ты знал.

— Спасибо, Маша. Это много для меня значит.

Она слабо улыбнулась, развернулась и направилась к двери. Остановилась на пороге.

— Береги себя, Макс. И если когда-нибудь вернёшься в Терехово… знай, что я буду рада тебя видеть.

— Обязательно загляну, — пообещал я.

Она ушла, оставив меня наедине с мыслями о непройденных дорогах и нерешённых вопросах.

Ночь прошла в беспокойном сне. Снились обрывочные тревожные сны — бункер, ведьма, Кравцов, гримуар… Проснулся я в весьма мрачном расположении духа, если говорить культурно. А если по простому… Впрочем, материться не будем.

Гримуар лежал на столе. Молчаливый, неподвижный, с пустыми страницами. С тех пор как он помог мне отфильтровать энергию Скверны, артефакт не подавал признаков жизни.

Быстрый переход