-  Да скажи уж прямо: грабежом занялись, чего тут стесняться, - вставила Эдана, с неприязненным видом слушавшая рассказ мужа. Как и все порядочные хозяйки, она крайне отрицательно относилась к военным традициям.

    -  Ну, грабежом! Ну и что? - произнёс Векольд смущённо, словно оправдываясь. - Так заведено. Победителей не судят.

    -  А побеждённые не смеют защищаться, - не унималась женщина. - Хороши традиции! Мало вам, солдафонам, было денег, полученных с короля Орфетана.

    -  Денежки-то достались князю, а к жалованью неплохо добавить ещё кое-что… В общем, хватит обсуждать, - наконец одёрнул её Векольд. - Я-то о другом речь веду, я о гандзаках. Дело ведь вот как обернулось: авангард вступил в хутор, солдаты принялись ломиться в дома, требовать выпивки, еды, места под крышей на ночь. А эти нечестивые колдуны взяли да заупрямились!

    Эдана саркастически хмыкнула (дескать, ещё бы тут не заупрямиться!), но промолчала. А Читрадрива слушал очень внимательно, стараясь не пропустить ни слова. И дело было не только в том, что имя напустившей на светлейшего князя порчу «колдуньи» совпадало с именем его матери. Была и другая причина. Ведь он родился как раз после проигранной Орфетаном войны у девушки-анхи, обесчещенной солдатом-гохи. И Читрадрива вдруг понял, что негодяй-насильник, ставший его отцом, как раз мог находиться в княжеском войске. Разумеется, он мог быть солдатом любой из трёх армий, чего на войне церемониться, тем паче с проклятыми гандзаками… Хотя стоп!

    -  Скажи, Векольд, а… где это происходило? Как назывался тот городок, до которого вы тогда не дошли? - спросил он с безучастным видом.

    Впрочем, Карсидара обмануть ему не удалось. Читрадрива почувствовал, как тот напрягся, ожидая ответа, хоть и не мог знать, какой ответ считать верным.

    -  Где было? - переспросил старый оруженосец и забормотал себе под нос:

    -  Где было, где было… О боги, дайте вспомнить…

    Все ждали.

    -  Ах, конечно же под Коптемом! - сказал он наконец, хлопнув себя по лбу. - Ну разумеется! Там ещё озеро есть. Большое такое озеро.

    «Это там?» - подумал Карсидар.

    Читрадрива не ответил, но по тому, как сильно он вздрогнул, было ясно, что действительно там.

    -  Так вот, я продолжаю, - спохватился Векольд, когда мучительная пауза затянулась. - Наши солдаты потребовали всего, что полагается победителям по неписаным законам войны, а гандзаки заупрямились. Они кричали, что не дадут ничего, что не принимают никакого участия в войне, как и во всех других делах людей. Понятно, наши вспылили и принялись требовать всего в двойном, потом в тройном размере, потом пригрозили, что в случае неповиновения они перережут глотки всем мужчинам, женщин заберут себе… - старый оруженосец замялся, виновато посмотрел на жену и докончил:

    -  …а детей насадят на копья и изжарят на кострах.

    -  Неудивительно, что после таких гадостей боги не дали нам деток, а Шелиха забрали на долгие годы, - процедила сквозь зубы Эдана и отвернулась, всем своим видом выражая полнейшее презрение.

    -  Я находился в арьергарде, с князем, - парировал Векольд.

    -  Можно подумать, ты не готов был убивать и насиловать, если бы оказался впереди других! - воскликнула старая женщина.

    Векольд не нашёлся с ответом и потому попросту проигнорировал очередной выпад жены.