– Подумай, как это будет выглядеть, Джимми.

– Мой член!

– То, что ты притащишь на вечеринку пять шлюх! – Сол бесится: когда же Джимми Персик уймется, перестанет думать только о траханье, если он вообще когда‑нибудь перестанет. Парень – настоящий баламут. Ты надрываешься, яйца рвешь, чтоб урегулировать какое‑то дело, а потом этот жирный тупой козел отчебучивает номер: вызывает пять шлюх самолетом из дерьмовой Калифорнии. Ему только этого и не хватало – пятерки девок в комнате, где им совсем незачем находиться. Пятерки ни в чем не повинных хреновых посторонних.

– А что Джон про это думает?

– Джон думает – это моя вечеринка.

Вот именно, мысленно добавляет Персик. Джон – чувак старой закалки. Джон – классный, не то что этот хренов старый зануда, который теперь стал их боссом. Джон был, как положено, благодарен, что я веду себя как настоящий мужчина и принимаю то, что мне грозит, не пытаясь организовать сделку с прокурором, чтобы скостить срок, не называю никаких имен. А тем более его.

Что думает Джон? Джон оплатит все расходы.

– Все, что пожелаешь, Джимми! Все! Это твоя ночь. За мой счет.

А Джимми желает «Спаркс Стейк‑Хаус», «Копа» и эту девчонку, Нору, самую красивую, самую сладкую из всех, какие у него были. Попка у нее будто спелый персик. Он никак не мог выбросить ее из головы. Поставить ее на карачки и отодрать сзади, так чтобы эти ее персики ходуном ходили.

– О'кей, – бурчит Сол. – Ну может, встретимся с девками в «Копа» после «Спаркса».

– Ни хрена.

– Джимми...

– Что?

– Сегодня вечером у нас очень серьезный  бизнес.

– Знаю.

– Ну то есть серьезнее не бывает.

– Вот потому, – говорит Персик, – я и вечеринку хочу устроить серьезную.

– Послушай, – Сол ставит точки над «i», – я отвечаю за безопасность на этом...

– Ну и постарайся, чтоб я был в безопасности. Вот и все, что от тебя требуется, Сол, а потом забудь про все, о'кей?

– Мне это не нравится.

– Ну и пускай. Пошел бы ты. Веселого тебе Рождества.

Ага, думает Сол, кладя трубку.

И тебе, Джимми. Веселого Рождества.

А уж сюрпризец я тебе припасу.

Под елкой лежит несколько пакетов.

Хорошо, что деревце маленькое, потому что подарков немного: с деньгами напряженка, и все такое. Но Кэллан купил в подарок Шивон часы, серебряный браслет и несколько свечей с ванильным ароматом, ей они нравятся. Есть несколько пакетов и для него: похоже, в них одежда, какая ему нужна: новая рабочая рубашка, может, и новые джинсы.

Милое, скромное Рождество.

Они планировали пойти к полуночной мессе.

А утром открыть подарки, попробовать приготовить индейку, сбегать на дневной сеанс в кино.

Но теперь ничего не будет, думает Кэллан.

Сейчас – нет.

В общем, так и так все должно было раскрыться, но получилось быстрее, потому что Шивон наткнулась еще на один пакет, который он запрятал далеко под кровать. Вечером он пришел с работы рано, Шивон сидит у окна, а у ее ног – коробка.

Она включила огоньки на елке, и они помаргивают красным, зеленым и белым позади нее.

– Что это? – спрашивает она.

– Как ты нашла?

– Вытирала пыль под кроватью. Так что это?

Это – шведский пистолет‑пулемет «Карл Густав» девятого калибра.