Кэллан смотрел, как мужчины, упав на колени, начали молиться.

Но дальше «Nuestro Padre»   проговорить ничего не успели: тангерос изрешетили их пулями. Кэллан увидел, как двое других привязывают цепями к рулю водителя автобуса.

– Какого хрена вы делаете? – заорал Кэллан.

Те нацедили бензин из автобусного бака в пластиковое ведерко, а потом облили водителя. Пока тот надрывался в крике, моля о пощаде, Фидель, повернувшись к пассажирам, заявил:

– Вот что бывает с людьми за помощь партизанам!

Двое тангерос удерживали вырывавшегося Кэллана, когда Фидель бросил спичку в автобус.

Кэллан видел глаза водителя, слышал его крики, смотрел, как извивается и корчится в пламени тело человека.

От этого запаха он уже никогда потом не мог избавиться.

Даже сейчас, сидя в баре Пуэрто‑Валларта, Кэллан чувствовал запах горящей плоти. И весь скотч в мире не мог заглушить его.

В тот вечер Кэллан, напившись в хлам, подумывал: а может, взять свой старый пистолет двадцать второго калибра и выпустить обойму в морду Фиделя. Но решил, что еще не готов совершить самоубийство, и вместо этого стал укладывать вещи.

Один из родезийцев остановил его:

– На своих ногах тебе отсюда не уйти. Тебя пристрелят, не успеешь ты и километр отшагать.

Парень прав, мне не уйти.

– Ничего ты не сможешь поделать, – продолжил родезиец. – Это «Красный туман».

– Что еще за «Красный туман»? – удивился Кэллан.

Странно взглянув на него, парень пожал плечами:

– Ну, если ты не знаешь...

– Что за «Красный туман»? – спросил Кэллан у Сола, когда тот в следующий раз приехал в Лас‑Тангас с целью вправить Кэллану совсем уж пошатнувшиеся мозги: теперь чертов ирлашка только и делал, что сидел в бараке, ведя задушевные разговоры с «Джонни Уокером».

– Где ты услышал про «Красный туман»?

– Да какая разница!

– Так вот забудь, что ты это слышал.

– Пошел ты к растакой матери, Сол! – взбеленился Кэллан. – Я участвую в деле, и я желаю знать, что это за дело!

Ничего ты не желаешь, подумал Скэки.

Но даже если и желаешь, то сказать тебе я не могу.

«Красный туман» было кодовое название для координации десятков операций по «нейтрализации» движений мятежников в Латинской Америке. По сути, та же программа «Феникс», только для Южной и Центральной Америки. Отдельные отряды чаще всего даже не подозревали, что их операции координируются как составные «Красного тумана», но именно Скэки в качестве посыльного Джона Хоббса следил, чтобы они делились разведданными, денежные фонды распределялись между всеми, намеченные мишени уничтожались, и никто при этом не путался у других под ногами.

Работенка непростая, но Скэки был идеальным исполнителем. «Зеленый берет», орудие ЦРУ, гангстер мафии, Сол, случалось, исчезал из армии в командировку и работал на побегушках у Хоббса. А побегать ему приходилось: в «Красный туман» входили сотни военных организаций, их спонсоры‑наркобароны, около тысячи армейских офицеров, несколько тысяч полицейских, десятки отдельных разведагентств и полицейских подразделений.

И церковь.

Сол Скэки числился Мальтийским рыцарем и членом «Опус Деи» , антикоммунистической тайной организации епископов крайне правого толка, куда входили священники и преданные миряне вроде Сола. В Римско‑католической церкви тоже шла война, ее консервативное руководство в Ватикане воевало с теологами освобождения – священниками и епископами левого толка, часто марксистами, работающими в третьем мире – за душу самой Матери Церкви.