Лжефедералы сквозь водопад рассмотреть ничего не могут. И это спасает Рауля, который палит безнаказанно, пока у него не кончаются патроны, после чего он бросает оружие и, наклонившись, натягивает штаны. Хватает Фабиана за плечо и зовет:

– Пошли давай, пора выбираться отсюда!

Потому что federales  уже проталкиваются сквозь толпу, разыскивая братьев Баррера. Адан видит, что они приближаются, и начинает пробираться к черному ходу, поскальзываясь, падая, снова поднимаясь, и, когда он поднимается в очередной раз, federale , ухмыляясь, целит из винтовки прямо ему в лицо. Адан успел попрощаться с жизнью, только вдруг ухмылка federale  тонет в всплеске крови, а Адана кто‑то хватает за запястье и пригибает книзу. Он оказывается в воде на полу, лицом к лицу с каким‑то янки, тот кричит:

– Ложись же, болван!

Кэллан открывает пальбу по приближающимся federales  короткими точными выстрелами – бенц‑бенц, бенц‑бенц: сшибает их, точно плавающих уточек в тире в луна‑парке. Адан опускает глаза на мертвого federale , с ужасом глядя, как крабы уже подбираются на пир к зияющей дыре, образовавшейся на месте лица копа.

Кэллан ползет вперед, забирает пару гранат у парня, которого только что отправил к виновникам сегодняшнего торжества, быстро перезаряжает пистолет, ползком возвращается обратно, хватает Адана и, отстреливаясь, толкает его свободной рукой к черному ходу.

– Брат! – вопит Адан. – Я должен найти своего брата!

– Пригнись! – орет Кэллан – новый залп в их сторону. Адан валится на пол: пуля ужалила его в правую голень, и он растянулся в воде лицом вниз и лежит, глядя на собственную кровь, плывущую мимо его носа.

Теперь он, похоже, и двигаться не может.

Мозг приказывает: поднимайся! – но у него вдруг куда‑то подевались все силы. Он так устал, что даже пошевелиться не может.

Кэллан, присев на корточки, взваливает Адана на плечо и, шатаясь, продвигается к двери с табличкой «Bafios» . Он уже почти дошел, когда Рауль освобождает его от ноши.

– Я понесу его, – говорит Рауль. Он появляется с Фабианом.

Кэллан кивает. Охранник Барреры прикрывает их с тыла, посылая пули назад, в хаос клуба. Кэллан распахивает ногой дверь и оказывается в относительной тишине небольшого коридорчика.

Направо дверь с табличкой «Sirenas» с маленьким силуэтом русалки; дверь налево помечена «Poseidones», и на ней – силуэт мужчины с длинными вьющимися волосами и бородой. Прямо перед ними надпись «Salida»  , и Рауль устремляется прямиком туда.

Кэллан кричит во всю мочь:

– Нет!  – и оттаскивает его за шиворот. И очень вовремя, потому что в открытую дверь тут же, как Кэллан и боялся, полетели пули. Если у кого‑то нашлись люди и время, чтобы организовать такой налет, то, уж конечно, он позаботился и поставил нескольких стрелков и снаружи у черного хода.

И потому Кэллан толкает Рауля в дверь «Poseidones». Охранник Рауля, пятясь задом, вваливается следом. Кэллан срывает чеку на гранате и швыряет ее в заднюю дверь – это отобьет охоту караулить за ней или входить.

Потом Шон влетает в мужской туалет и захлопывает за собой дверь.

Слышит, как с глухим басовым грохотом взрывается граната.

Рауль усаживает Адана на унитаз, а его стрелок охраняет дверь, пока Кэллан осматривает рану Адана.