|
Так как спад в экономике шел по нарастающей, Пик не мог себе позволить выступить против структур, оказавших ему самую большую политическую поддержку. Некоторые возможности представляла Латинская Америка: Венесуэла, несмотря на то что правительство ее с трудом удерживало страну на грани полного хаоса, и Мексика с ее запасами в 75 миллиардов баррелей, но только в том случае, если бы Пику удалось заполучить эту нефть и добыть ее с помощью современных технологий. И то и другое было весьма проблематично.
– Каким же образом он это делает? Секунду‑другую она мерила его взглядом. – Открывая вновь мексиканский нефтяной рынок американским нефтяным компаниям и смежным с ними отраслям. Дженкинс покачал головой. Национализация нефтяного рынка для мексиканцев была столь же священна, как Пресвятая Дева Гваделупская. В 1938 году проверкой был обнаружен беззастенчивый грабеж Мексики американскими и прочими иностранными нефтяными компаниями; президент Мексики Ласаро Карденас изгнал из страны эти компании и национализировал мексиканскую нефть. Он подавил сопротивление Франклина Делано Рузвельта и Джона Д. Рокфеллера, а также избежал прямого конфликта со Штатами во время Второй мировой войны, пригрозив продавать мексиканскую нефть Германии в случае, если Штаты не отступятся от своих поползновений. Мексиканские историки провозгласили Карденаса героем, и Мексика продолжает отмечать 18 марта как «день национальной гордости». – Мексиканцы никогда этого не допустят. – Влиятельные чиновники уже ведут переговоры с полномочными представителями Кастаньеды, – сказала она, имея в виду недавно избранного молодого президента Мексики, которого сравнивали с Джоном Ф. Кеннеди. Дженкинс отнесся к этому скептически. – Зачем это? Что это дает Мексике? – Увеличение доли нефти, продаваемой в Америку по твердой цене, привязанной к мировым ценам на нефть. А это означает миллиарды и миллиарды долларов. Секунду‑другую Дженкинс размышлял над услышанным. – Ну и как далеко продвинулись переговоры? – Президент не поедет в Южную Америку на обсуждение проблемы глобального потепления. – То есть они не стали бы рисковать конфиденциальностью переговоров и впутывать в них Пика, если бы почти не ударили по рукам. – Встав, он прошелся по комнате, отчего половицы заскрипели под его тяжестью. Кастаньеда был известен как правый консерватор, всегда открыто выступавший против иностранного вмешательства во внутренние дела Мексики, включая и право мексиканцев распоряжаться своими недрами. – Вы рассуждаете как американец. В Мексике президента избирают лишь на один шестилетний срок. Ему не надо беспокоиться о переизбрании. – Но подобная сделка исключает и для его партии возможность оставаться у власти. Подобная политика бессмысленна. – Или же наоборот: очень осмысленна. Он перестал мерить шагами комнату. – Тогда объясните почему! – Пик держит его на крючке или, лучше сказать, на нефтяной привязи. Доступ к мексиканским нефтяным месторождениям был поставлен условием финансовой помощи Мексике со стороны США после краха частных мексиканских банков. – Ясно. – В случае если Мексика не отдаст свой долг США, она так или иначе потеряет контроль над нефтью. Кастаньеда ведет переговоры отнюдь не с позиции силы. Пусть скажет спасибо предыдущей администрации, заварившей кашу с НАФТА, – для Мексики это было очень невыгодно. А теперешняя сделка позволит ему снизить потери и как‑то выправить ситуацию. Даже на первый взгляд ясно, что сделка открывает возможность мексиканцам работать в Штатах, создает хорошо оплачиваемые рабочие места для бедняков, расширяет пространство мексиканского экономического рынка и дает деньги, которые можно направить в социальный сектор. – А это все группы населения, на которые и опирается президент. |
