—      Есть люди, читающие Коран, есть — защищающие его заветы. Посмотри лучше на своих людей и скажи мне, который из них Мамлей сын Абдараззака.

—      Его тут нет.

—      Стыд и позор вам! —крикнул Алим, обращаясь к людям.—Стыд и позор! Люди вашего хана приехали к черемисам, чтобы собрать ясак, на них налетает кучка разбойников, убивает их, от¬нимает законную дань. И что же я узнаю, приехав на место? Сре¬ди этих айдамахов-черемис был Мамлей—татарин и правоверный. И вы, сыновья веры, и ты, служитель аллаха, скрываете его!

И после всего этого вы спокойно стали на вечернюю молитву. Мо¬жет, и черемис вы скрываете тоже?

—      Если ты не веришь нам — спроси сборщиков ясака. Они мо¬гут узнать Мамлея.

—      Они убиты!

_ Кто же тебе сказал, что там был Мамлей?

  Мне донесли...

_ Доносчикам не верь, слуга Гирея. Они всегда лукавы

—      Эй, джигиты! Обшарьте все дороги, все леса. Ищите ночью,

днем, пока смутьянов не найдете — не возвращайтесь. Но если вы их скрыли,— Алим повернул коня к жителям улуса,— берегитесь!

Ускакали всадники, разошлись люди, площадь опустела. Кен- дар закрыл двери мечети, хотел идти домой, но раздумал. Он ви¬дел, что около каждой сакли и около его дома были поставлены воины. Присев на ступеньку лестницы, задумался: «Если Мам- лей скрывается в лесу — его там ждет гибель. Он придет в улус. В свою саклю он не пойдет, будет просить защиты у меня. Надо предупредить Мамлея, потому что к моему дому дорога идет ми¬мо мечети».

И мулла, скрывшись среди надгробий, стал ждать. Спустя час около минарета мелькнула тень. Человек, пригнувшись, перебежал дорогу, нырнул под кусты кладбища. Прячась за надгробиями, он прошел мимо Кендара, и тот тихо окликнул его.

—      Святой отец... прости... За мной погоня,— зашептал Мам- лей.— Что делать?

—      Пойдем. Запру тебя в мечети.

—      Но я не один. Со мной Аказ... другие люди.

—      О аллах! Они же черемисы! Погибнем все...

—      Во имя аллаха милосердного и милостивого...

—      Не проси, нельзя.

—      Прости, мулла Кендар. Тогда и я не пойду.— Мамлей побе¬жал обратно к минарету.

—      Стой, Мамлей! Сколько их?

—      Аказ, Ковяж, Янгин, Топейка.

—Зови. Да простит нас всевышний...

Впуская людей в мечеть, Кендар сказал:

—      Под минаретом есть подвал...

Закрыв мечеть на замок, мулла пошел домой.

* * *

Не разыскав беглецов, Алим возвращался в Казань. На глухой лесной дороге джигит из передового отряда заметил, как кто-то шмыгнул с дороги в чащу. Соскочив с коня, он бросился в лес и вывел на дорогу человека средних лет, одетого в рваную, выгорев¬шую от дождей и солнца рясу. Притащил его к Алиму.;

—      Ты кто такой?

Человек на ломаном татарском языке ответил:

—      Русский мулла. Поп.

—      Везет мне на попов,— сказал Алим, ухмыльнувшись.— От¬куда бежишь, куда?

—      Куда глаза глядят. Из Москвы.

—      Убил кого-нибудь? Украл?

—      Ложно обвинен.