Олег знал, что с такого расстояния не промахнётся. Успеет вса-дить в голову хищнику не одну, а три или четыре пули раньше, чем тот прыгнет через ручей. Не промахнётся, не промахнётся... 

   Ему совсем не хотелось стрелять между этих жестоких и красивых глаз, смотревших со спокойной человеческой храбростью. 

  -- Давай так, - услышал Олег свой голос и не удивился тому,что говорит 

   с волком. - Я забираю рубашку и тушку. Остальное - тебе. Я понимаю, что тебе это на один зуб, но мне тоже надо есть. 

   Волк по-собачьи склонил голову к плечу - смешным коротким дви-жением,вслушиваясь в человеческую речь.Олег сделал шаг вперед, при-сел на корточки, не сводя всё-таки глаз со зверя, выловил заячью тушку из воды.Потом подцепил свою рубашку, висевшую на кустах, локтем при-жал к боку и начал пятиться. Волк остался неподвижен, только провожал Олега глазами, пока тот не скрылся в зарослях. 

   ...В эту ночь Олег лёг спать по-настоящему сытым, хотя несолёное мясо быстро перестало казаться вкусным. Остатки зайца мальчишка ос-тавил около затушенного костра и несколько раз слышал ночью, устроив-шись среди ветвей дуба, как кто-то внизу похрустывает и потрескивает косточками. 

   Вообще ночь прошла очень плохо. И дело было не только (да и не столько) в звуках под деревом, и даже не в том, что Олег не нашёл такой же хорошей развилки,как в прошлый раз,и вынужден был спать,фактиче-ски сидя на толстом сучке. Он засыпал, просыпался - было страшно, в сон вламывалось то, что он видел на насыпи, трупы открывали безгубые рты, что-то шептали, тянулись руками,даже гнались за ним по лесу, а ре-вольвер то ли не срабатывал, то ли просто не мог убить уже убитых... Под утро, когда дул рассветный ветер и только-только села за лес чудо-вищная луна, Олег проснулся окончательно - замотанный снами, со вку-сом рвоты во рту и больным животом. Он хотел сразу тронуться дальше, но поопасался ночных хищников, которые как раз должны были возвра-щаться в свои логова, - и ещё почти час просидел на сучьях, прежде чем спуститься и продолжать путь... 

* * * 

   Солнце перевалило за полдень, когда Олег снова вышел к желез-ной дороге. 

   Он сел на рельс и плюнул. Похоже было на то, что он ухитрился заблудиться и теперь начал ходить кругами. Или это не та дорога? Вне-запно стало совсем всё равно. Олег вытянулся на насыпи, ощущая ни с чем не сравнимое блаженство. Солнышко пригревало... А, пусть всё пра-хом идёт. Он не сдвинется с места, пока не отдохнёт как следует! Всё сразу поплыло, закружилось перед закрытыми глазами, навалилось - не-рвное напряжение, полубессонная ночь,переход с самого раннего утра... Олег сам не заметил, как уснул. 

   Снился почему-то спортзал фехтовального клуба. Занимались гим-настикой - как обычно, в спортивных трусах и босиком. Поддувало по но-гам из дверей. Странно - никогда не было такого... Олег сделал батман - ноги почему-то очень ныли - и увидел себя в зеркале напротив: в одежде и с револьвером в кобуре. По ногам продолжало противоестественно дуть. 

   Олег с усилием проснулся - словно из липкой паутины выдрался. Ноги, кстати, болели на самом деле, а солнце село за деревья. И по но-гам дуло. 

  -- Бред какой-то, - пробормотал Олег, садясь и подтягивая ноги. И тут 

   же процедил: - Вот это фишка... 

   Подошва левой кроссовки на носке протёрлась. Правой - лопнула по центру. И без того поношенные "пумы", надетые на рыбалку, не выде-ржали многокилометрового перехода по лесу. 

   От неожиданного огорчения глупо защипало в носу. Впрочем - так дли уж глупо? Ясно же, что скоро эта дрянь развалится совсем.