Если честно, Олег сам о семье думал в этой ситуации очень мало, но объяснение Йерикки всех удовлетворило. Пользуясь всеми правами приёмного в род, мальчик оказался ничем не связан и поселился на пос-тоялом дворе. 

   Как ни странно, но в Рысьем Логове был и такой - единственное строение в два этажа, если не считать крепостной башни. Содержала его - и это тоже было странно - женщина, беженка с юга, энергичная старуш-ка, жившая среди Рысей уже лет пятьдесят и намеревавшаяся прожить ещё столько же. С Олега или его рода брать плату она отказалась. Кста-ти, Олег удивлялся, зачем тут нужен постоялый двор, пока не понял, что в племени постоянно живут чужие, приезжающие по делам - заведение Славны никогда не пустовало. А Олег оказался обладателем апартамен-тов из одной - но большой! - комнаты, выходившейц застеклённым (!) ок-ном на дубы, окружавшие Город. А за ними можно было видеть скалы - природную крепость Рысьего Логова. 

   Ничего более странного, чем окружающая его жизнь, Олег никогда не видел - что, впрочем, понятно. Будучи от природы мальчиком наблю-дательным, он с нитересом вглядывался в то, как живёт племя, пытаясь найти знакомые по книгам черты - так разглядывают лицо полузнакомого человека, узнавая и не узнавая. Он плохо помнил, как жили древние сла-вяне - исторические, в смысле. Сперва Олегу показалось, что вокруг него - мир из великолепного сериала о Волкодаве, который он залпом прогло-тил совсем недавно. Но узнавание оказалось... не то, чтобы ложным. Не-полным. Если этот мир и был на что-то похож, так это только на самого себя. 

   Племя Рыси насчитывало около двух тысяч человек - Олег не рас-спрашивал, определив на глазок (и почти не ошибся) - и переживало не лучшие времена (это, кстати, было понятно сразу). Оно делилось на ро -ды - но это были не многочисленные классические роды по 20-30 чело- век, а скорее просто большие - 8-10 членов , редко - больше - семьи, жившие в отдельных домах. Определить их, как "древних славян" мешало то обстоятельство, что Олег то и дело испытывал уже знакомое раздвое-ние. Его новые родственники временами вели себя так, что возникало полное ощущение современности происходящего - современности для Олега. И вдруг те же люди молниеносно преображались - оставалось лишь головой потрясти и гадать, какой это век, восьмой или шестой. Они отрубали головы убитым врагам и мерили температуру в градусах по Це-льсию, глядя на термометр, одиноко висящий в крепостном дворе. Маль-чишки учились в настоящей школе, где был компьютерный класс, гоняли по улице мяч - и могли с серьёзно-торжественнм видом перечислять сво-их предков, пока хватит терпения у собеседника. Они знали, что такое ПЗРК "Игла" - и нерушимо верили в святость воинского дела и справед-ливость богов. 

   И при всём при том - это было САМЫМ странным! - они не выгля-дели смешными, какими часто выглядят дикари, получившие в пользова-ние дюжину благ цивилизации. 

   Окружавшие Олега люди не имели ничего общего с "туземцами", слепо поклоняющимися любым из этих благ и легко перенимающими са-мые простые - и самые опасные - их приметы: внешние.Но не было в них ничего и от тупого дикарского фанатизма (часто трактуемого как "свобо-долюбие" или "своеобразие") с его нежеланием перенимать что-то вооб-ще, чего не было у предков. Каким-то странным образом эти красивые, спокойные русоволосые люди сумели "отделить зёрна от плевел". И чего они не принимали на самом деле - так это САМУ цивилизацию, создан-ную где-то на юге пришельцами со звезды Невзгляд - данванами.