Лавка книжника.

Толпа на улицах Вороньего гнезда гудела, как растревоженный улей. Лоточники орали, предлагая товар, пьяницы спорили у таверн, а где-то в переулке скрипела телега. День тянулся, как смола — медленно и липко. Солнце немилосердно жарило сквозь плотную рубаху, но я не отводил взгляда от дома книжника, впитывая каждую деталь.

Владельца я уже видел — прошёлся мимо лавки ещё утром, и аккуратно заглянул внутрь через приоткрытую дверь. Нормальной одежды у меня не было, и зайди я — меня бы сразу выставили взашей.

Но хватило и того, что я успел срисовать взглядом.

Книжник был высокий, сутулый, лет сорока с небольшим. Он носил длинный зелёный кафтан. Лицо — бледное, с острой бородкой, глаза — быстрые, как у крысы. Мужчина носил очки и пользовался тростью. И ближе к обеду он ушёл куда-то в город, заперев за собой дверь.

Лавка занимала большую часть первого этажа — зарешеченные окна, тяжёлые ставни на них, тусклый свет внутри, полки, уставленные толстыми фолиантами. Главная дверь — дубовая, с железными накладками и замком, который даже я, неумёха, с первого взгляда оценил как «невозможно вскрыть».

Но удача улыбнулась мне с другой стороны — с заднего двора.

Я пробрался туда через крышу соседнего сарая. Двор был маленьким, аккуратным, обнесённым высоким и мощным забором, с собственным колодцем и густым кустарником по периметру. Но что куда важнее — из него в дом вела задняя дверь. Такая же мощная, как передняя — но без замка.

Только тяжеленный железный засов изнутри.

Я прикоснулся к камню под ключицей. Он ответил лёгкой пульсацией, будто подсказывая: «Да, мы сможем».

Но пока радоваться было рано.

Из открытого окна второго этажа (там тоже висели тяжеленные ставни, запираемые изнутри деревянными задвижками!) донёсся лай. Глухой, низкий, как у пса, который не гавкает просто так — только по делу.

— Гандар… Дам'марак! — выругался я, выбираясь из двора обратно на крышу соседского сарая.

Значит, псина…

Псина это плохо… Но не смертельно!

Нужно всего лишь раздобыть мясо… Какой-нибудь жирный кусок, чтобы пёс не учухал подвох — и начинить его сонным зельем. Можно купить что-то прямо в Вороньем гнезде — в аптеках каких только ядов не продают! Затем дождаться, когда из дома все уйдут, вскрыть заднюю дверь — и полдела сделано!

Кстати насчёт «всех»…

Вернувшись через час с небольшим к дому, я подкрался к открытому окну кухни — как раз, когда книжник вернулся. Старая служанка ворчала, разогревая похлёбку:

— Завтра вы уезжаете рано, хозяин?

— Да, — ответил книжник, гремя посудой и наливая себе вина, — Так что лавка будет закрыта. Могу я, в конце-концов, позволить себе выходной⁈

— Конечно, хозяин! Я всегда говорила, что ваши головные боли — всё от этих книг! Столько времени за ними проводите! А морской воздух и прогулка в заливе будет вам только на пользу!

— Ну всё, всё, Катрин, хватит меня поучать! Заканчивай сегодня здесь, завтра утром приберёшься, и вы с Марком можете быть свободны до послезавтра. Дом запрёте сами, только Рвача покормите перед уходом, ему придётся долго торчать одному.

— Спасибо, хозяин. Конечно, мы всё сделаем!

Марк, значит… Второй слуга. И Рвач — собака.

Очень оригинально…

Ну, в целом, я узнал всё, что нужно, и план ограбления уже выстраивался у меня в голове. Хреново, что придётся обыскивать весь дом в поисках денег, но… У меня будет полно времени.

Закончив со слежкой, я обошёл квартал, запоминая каждую щель, каждый проулок, каждый поворот и тупик.