Вуки с рычанием повернулся к ней.

— Нет, — сказала она твердо, как раз вовремя отключив микрофон передатчика. — Извини, но я обещала это Хабаруху. Ты останешься здесь, на "Соколе", и это приказ.

Чубакка зарычал снова, и на этот раз настойчиво… с внезапным ощущением покалывания в затылке. Лея начала осознавать то, о чем не вспоминала уже годы. Ведь вуки обладают уникальной способностью начисто игнорировать любой приказ по собственному выбору.

— Я должна идти одна, Чуви, — сказала Лея, понизив голос. Силой воли тут ничего не достигнешь, она решила прибегнуть к силе логики и целесообразности. — Неужели ты не понимаешь? Такой была договоренность.

Чубакка недовольно проворчал.

— Нет, — Лея отрицательно покачала головой, — мою безопасность никакой силой не обеспечить. Есть только одна возможность — убедить ногри в том, что они могут мне доверять. И для этого я прежде всего должна сдержать данное обещание.

— С дройдом не будет проблем, — решил Хабарух. — Я подведу свой корабль к борту вашего для стыковки.

Лея включила микрофон передатчика.

— Прекрасно, — сказала она, — я также захвачу саквояж с одеждой и личными вещами, если это можно. Кроме того, комплект анализатора воздуха и почвы, чтобы проверить, нет ли в них чего-то опасного для меня.

— Там, где мы будем, и воздух, и почва опасности не представляют.

— Я вам верю, — ответила Лея, — но я несу ответственность не только за свою безопасность. Внутри меня две новые жизни, и я должна оберегать их.

Из переговорного устройства послышалось шипение:

— Наследники лорда Вейдера? Лея помедлила с ответом, но генетически, если не теоретизировать, это вполне соответствует истине.

— Да.

Новое шипение из динамика:

— Вы можете взять с собой все, что пожелаете, хотя должны позволить мне просканировать вещи. Вы берете оружие?

— Свой Меч, — ответила Лея. — На вашей планете есть животные, которые настолько опасны для меня, что потребуется бластер?

— Таких теперь нет, — мрачно сообщил Хабарух, — но против Меча тоже нет возражений.

Чубакка что-то прорычал тихо, но не скрывая злобы, его безобразно искривленные когти непроизвольно задвигались, то высовываясь, то убираясь в оболочки на концах пальцев. Он был, как внезапно поняла Лея, на грани потери самообладания… и, возможно, готовности взять дело в свои громадные лапы…

— В чем проблема? — требовательно спросил Хабарух.

У Леи засосало под ложечкой. Честность, напомнила она себе.

— Моему пилоту не нравится идея моего путешествия с вами без него, — призналась она. — Он обладает… Ну, вряд ли вы сможете это понять.

— Он пожизненно предан вам?

Лея, прищурясь, уставилась на динамик. Она не ожидала, что Хабарух даже слышал о пожизненной преданности вуки, тем более знал о том, что это такое.

— Да, — ответила она. — Сначала это была преданность только моему мужу, Хэну Соло. Во время войны Чуви распространил ее на моего брата, и меня.

— А теперь еще и на детей, которых вы в себе носите?

Лея взглянула на Чубакку.

— Да.

Переговорное устройство замолчало на добрую минуту. Сторожевик продолжал приближаться к ним, и Лея вдруг заметила, что крепко вцепилась в подлокотник кресла, пытаясь понять, о чем задумался ногри.