Я разжал кулак. На ладони не было ничего. Но я это знал. Я это помнил.

На экране монитора всё ещё находилась капсула с эмиссаром. Силовой кокон погас. Сквозь бронированное стекло было видно, как тело пришельца обмякло, изо рта и носа потекли струйки чёрной жидкости. Биометрические показатели падали с катастрофической скоростью.

— Цель нейтрализована, — донесся из интеркома голос Виноградова, звучавший невероятно устало. — Подсознание разрушено. Мозговая активность на нуле. Эмиссар мёртв.

Я откинулся на спинку кресла, закрыл глаза. Сражение было выиграно. Мы вырвали у врага его секрет. Но в голове, среди чужих воспоминаний, уже складывалась новая, куда более страшная картина. И эта картина говорила, что настоящая война только начинается.

Эйфория схлынула.

Впереди — тяжёлый разговор с Козловым.

Едва вернувшись на Землю, я успел влезть на секретный объект, куда мне проникать не положено, и угробить эмиссара, из которого необходимо было выжать как можно больше информации. За такое положен нагоняй. И он последует, сомневаться не приходится. Но сейчас мне нужен совсем другой человек. Вернее, не совсем человек.

— Товарищ Громов, — снова ожил интерком. — Какие будут дальнейшие указания?

Виноградову нелегко.

Ещё совсем недавно я работал под его началом в закрытом городе. А сейчас роли поменялись.

— Передайте тело биологам, — приказал я. — О результатах исследования доложить.

— Вас понял, — коротко ответил менталист.

И отключился.

Я вызвал отдел оружейных модификаций, состоящий из одного… хм… гратха.

— Будь другом, загляни ко мне в кабинет.

Орк объявился через несколько минут. Я к этому времени успел поставить чайник, забросить в кружки по пакетику с грузинским чаем и выставить на стол тарелку с печеньем. Не ахти какое угощение, но лучше, чем ничего.

— У нас внеочередной перерыв? — поинтересовался орк, усаживаясь в жалобно скрипнувшее кресло.

Свою шаманскую хламиду Курц сменил на брюки и белую рубашку с галстуком. Размер вы себе представляете. И когда пошить успел?

— В Москве есть магазины с готовой одеждой для гратхов, — пояснил рунный мастер, перехватив мой взгляд. — Ребята посоветовали.

— Здорово, — оценил я.

Чайник закипел.

Разлив воду по кружкам, я одну из них придвинул своему собеседнику.

— Я допросил эмиссара, — помешивая пакетик в кружке, сказал я. — И выяснил много всего интересного.

Гратх посмотрел на меня в упор.

Подобно своим собратьям, Курц предпочитал выяснять всё быстро.

— Как это касается меня?

— Напрямую, — ответил я, выдержав взгляд собеседника. — Почему ты не сказал, что Адбихр Каа'Сабан работал с моим отцом? И что ты знал моего отца?

Курц хмыкнул:

— Как раз собирался.

— Правда? И что помешало?

— Ты не был к этому готов.

— А теперь?

— Ну, раз ты знаешь о своём отце и понимаешь, чего добиваются некроды, с тобой можно откровенно разговаривать. Ты же в курсе, что он никакой не предатель? И что, вероятно, продолжает свои исследования?

Я мог бы ответить уклончиво.

Но сейчас между нами протянулась хрупкая ниточка… доверия? Возможно. Но вот мне кажется, что рунный мастер знает ту часть правды, которая мне ещё недоступна.

— Можешь говорить смело, — Курц протянул руку и положил на стол небольшой предмет.

Кусочек дерева с вырезанной руной.

И эта руна светилась ярко-жёлтым.