|
— Придется идти, а то эти детки тут все могут спалить — на такой сухой траве курить нельзя. Особенно если они травку курят — вы меня понимаете? Приятно было побеседовать. И он ушел. — Роланд? — Чего? — Ты сегодня очень хорошую вещь сделал для Ивана. — Спасибо, детка. Он даже сам удивился, что ее слова так много для него значат. Дальше до угла они шли молча. На Колледж-стрит, прекрасно освещенной магистрали, ведущей прямо к дому Ребекки, Роланд оглянулся и посмотрел на то место, откуда они пришли. Через небольшой отрезок Кингз-колледж-роуд, через Круг и темную поляну, туда, где в темноте нависала выщербленная и покореженная статуя. Он только что говорил с каменщиком, который уже больше ста лет мертв. Получил таинственный совет от тряпичницы. Видел, как умирает сказочный маленький человечек. Ну и ночка выдалась! Теперь наконец работа окончена — они попросили помощи. Оставалось надеяться, что вдруг открывшийся невидимый мир не исчезнет с той же внезапностью. В глаза Роланду ударил далекий свет фар со стороны Круга, и он, несмотря на расстояние, услышал рев двигателя. Спортивная машина, подумал он, пока Ребекка внимательно поглядывала то в одну, то в другую сторону перед тем как перейти дорогу. Рев усилился; свет фар обогнул Круг и устремился прямо к ним. Роланд нырнул вперед, но Ребекка застыла, пригвожденная этим светом. Мир замедлился. Роланд, поворачиваясь к Ребекке, уже знал, что не успеет. …И тут ее бросило к нему в руки, и они покатились по мостовой, а сияющее красное крыло лишь слегка задело ее подошву. Взвизгнули шины, машина свернула на Колледж-стрит, вильнула и умчалась. Что-то приземистое и странно светящееся прицепилось к заднему бамперу, махнуло им рукой в салюте и принялось засовывать себе в рот полные горсти металла, пробираясь к кузову. Роланд рывком поставил Ребекку на ноги и протащил дальше до тротуара. Она не казалась испуганной — лишь потрясенной. Потому что, подумал он, она не нарушала правил, и все это — не ее вина. — Ты не ушиблась? — Он с пристрастием оглядел ее. — Нет, — ответила она. — А ты? — Кажется, тоже. — Он открыл футляр, чтобы посмотреть, не пострадала ли Терпеливая. — Все в порядке. Ребекка показала на чуть сдвинутую крышку люка в середине улицы. — Оттуда выскочил малыш и оттолкнул меня с дороги. Роланд обратил внимание, что ее указательный палец неподвижен. У него самого руки тряслись, как листья на ветру. Она повернулась к нему. — Ты заметил, что в машине не было водителя? — Нет. — Он сглотнул слюну. — Не заметил. — Мы должны сказать полиции? Дару говорит, что плохих водителей надо убирать с улиц. Роланд вообразил на минуту, каково будет рассказывать это полиции. — Нет. Не надо полиции. Если водителя не было, кого они уберут с дороги? — Ага, — вздохнула она. — Роланд, пойдем домой! — Отличная мысль, детка. Они пошли на восток, и в это время часы на городских башнях начали бить полночь. Когда стихли колокола, Ребекка слегка тронула Роланда за руку. — У тебя морщины на лбу. О чем ты думаешь? Он рассмеялся, хотя ему было не до смеха. |
