– В данный момент в хозяйстве не слишком‑то много воды, – заметил он, когда шоссе кончилось, сменившись пыльной, покрытой грязной коркой проселочной дорогой.

– Все равно умудряются бесхозяйственно с ней обращаться. А строительство к северу отсюда губит Эверглейдс – с королевским размахом.

В голосе Ани слышалась злость... и еще что‑то.

– Кажется, вы принимаете это очень близко к сердцу.

– Правда, малыш, принимаю. Как и любой порядочный человек.

– Извините меня, но ведь это на самом деле просто большое болото.

– Вовсе не болото. Болота стоячие, а в Эверглейдс воды проточные. Это прерия – сырая, заросшая меч‑травой прерия. Вся эта часть штата спускается вниз от озера Окичоби к морю. Вода из озера образует многомильные протоки, которые не дают прерии высохнуть. Мы сейчас рядом с Тэйлоровой протокой. Индейцы микасуки называют Эверглейдс «па‑хай‑оки» – травяная река. И посмотри, чего тут наделали за последние пятьдесят лет: прорыли каналы, настроили ферм, сливают в воду химикаты, куда еще доходит вода. Фермы воду не получают, потому что «водохозяйственная система» устроила столько каналов, запруд, плотин, дамб и шлюзов, что вода не может течь естественным путем. Удивительно, что тут вообще хоть что‑нибудь осталось. Просто повезло дуракам, что весь район не превратился в пустыню. – Она взглянула на него. – Прости, малыш. Лекция кончена.

– Нет, я кое‑что понял. Но по‑моему, раз уж Флорида представляет собой одну большую песчаную дюну, вода из проток может просто сквозь землю просачиваться.

– Песчаную дюну? Откуда это пришло тебе в голову?

– Слышал от кого‑то.

Аня погрозила пальцем:

– От ослиной задницы. Во Флориде главным образом известняковые почвы. Это вовсе не песчаная дюна. Скорее, если на то пошло, гигантский риф.

Песок, конечно, есть, но копни, и наткнешься на окаменевшие трупики бесчисленных организмов, которые строили эту махину, когда все здесь было покрыто водой. Вот почему вода течет вниз в Эверглейдс: потому что так надо.

– Откуда вам столько об этом известно?

– Это не секрет. Надо просто газеты читать. Говорят, правительство выделит миллиарды и поправит дело. Посмотрим. В первую очередь, не надо было доводить до беды. – Она взглянула на карту. – Скоро приедем.

– Куда?

– На перекресток. – Аня указала пальцем в ветровое стекло. – Вон. Должно быть, он и есть.

Джек увидел висевший знак «стоп», замедлил ход, остановился в десятке футов перед перекрестком. На другой дороге никаких знаков не было. Он взял у Ани карту, сверился.

– Как узнать, то ли самое место?

– То, – заявила она.

– Нигде не сказано, что это Южная дорога.

– Поверь, малыш. Она самая.

Он снова посмотрел на карту. Не так много на ней перекрестков. Наверно, тот.

Оставив мотор включенным, Джек вылез, направился к знаку «стоп». Он был пробит парой выстрелов – кажется, 45‑й калибр, – но, судя по заржавевшим рваным краям дыр, давно. С запада дул резкий бриз. Джек вышел на перекресток, глянул влево и вправо, осмотрел землю. В пыли сверкали крошечные осколки. Здесь произошло столкновение.

– Что надеешься найти?

Он оглянулся на подходившую Аню с семенившим за ней Ирвингом, который рыскал по сторонам, принюхиваясь к земле.

– Не знаю. Просто очень многое не укладывается в картину, особенно время и предположение, будто папа проехал на знак «стоп».