Все фамилии, имена, отчества изменены.

Закон парных случаев

Наконец-то, на смену майскому безобразному холоду, пришло июньское тепло. И сегодня почему-то захотелось мне пройтись пешочком по зеленым городским улицам. Потому и вышел я на две остановки раньше, благо до начала смены времечка было с избытком. В семь утра хорошо: пешеходов мало, транспортный поток не такой бешено-рычащий. Но хорошего понемножку. На работу я притопал.

Как и всегда в пересменку, у входа в медицинский корпус, нещадно чадили коллеги.

– Юрий Иваныч, категорически вас приветствую! – жизнерадостно протянул руку фельдшер из предыдущей смены Самохвалов. – А у нас тут прям как в кино получилось: чуть было моего доктора не похитили!

– Это кого, Машу, что ли?

– Ну конечно, кого же еще? В общем, рассказываю. Приехали мы на вызов «человеку плохо», ждет в припаркованной машине. Смотрим – он за рулем сидит. Спросили, мол, к нам в машину дойдешь? Ответил, что нет, сильно плохо ему. Тогда Маша взяла и села к нему на переднее сиденье.

– А ты сам-то где был?

– Я за чемоданом пошел. И вдруг смотрю – он поехал! Я в нашу машину запрыгнул, Валера сирену включил, и мы за ними помчались. Метров через двести он остановился. Мы с Валерой подбежали, хотели его вытащить и попинать, но не стали: уж больно он дохленький. В общем оказалось, что этот козел – солевой наркоман. Он и сам не знает, зачем поехал и Машу повез. Видать, все мозги себе сжег. Ну, короче, сдали мы его в полицию.

– Н-да… Понятно. Но тут вы еще и сами виноваты: не фиг в чужую машину садиться.

– Так ведь он сказал, что не дойдет.

– Значит, нужно было на носилки положить и в свою машину загрузить. В чем проблема-то?

– Да уж теперь-то ни в чем…

Объявили конференцию. Как всегда, выслушали доклад старшего врача предыдущей смены. Ну и благополучно разошлись после этого.

Девятый час, всех уже по вызовам разогнали, остались только мы да БИТовская бригада. Сидим, телевизор смотрим, никого не трогаем. Вдруг заходит Светлана – фельдшер из пункта подготовки укладок – и возмущенно меня спрашивает:

– Юрий Иваныч, а вы ничего не забыли?

– Да вроде ничего…

– А наркотики-то получать не будете, что ли?

– Ой, Светочка, прости, пожалуйста, старого склеротика!

Да-а-а, вот это номер! Уже во второй раз я забываю про наркотики! Что-то здесь одно из двух: церебральный атеросклероз прогрессирует или же просто устал. Видать, из-за отсутствия критики к своему заболеванию склонился я ко второму варианту. Ладно, отпуск у меня в июле, так что потерпеть недолго осталось. Ну а церебральный атеросклероз замечателен тем, что про него можно забыть. Поэтому все. Уже не помню.

Около десяти прилетел первый вызов. Поедем на психоз у женщины двадцати семи лет.

Открывший нам дверь мужчина открыл рот, собираясь что-то сказать. Но к нему мгновенно подскочила молодая, энергичная толстушка, которая не позволила ему произнести ни звука.

– Ты зачем их вызвал, ты, козлина?! – в ярости закричала она. – Что, за Мишку своего боишься, да?! Отдай мне телефон, тварь! Это мой телефон! Все, ты мне больше не отец! У меня больше нет ни отца, ни брата!

– Яна, прекрати сейчас же! – рявкнул мужчина.

– Так, Яна, а ну, угомонись! – подключился я. – Иначе мы тебя сейчас угомоним!

– Да че вы мне тут угрожаете-то? Костоломы, блин… – сказала Яна, задыхаясь от гнева, но пыл свой все-таки умерила.

Прошли в комнату, а там… В общем, там был разгром полнейший. И довершала картину сорванная штора.