– Все правильно сделали, – сказал главный. – Пусть жалуется хоть президенту лично.

– Была еще одна жалоба, – продолжил старший врач. – фельдшер Курников на вызове, сделав внутривенную инъекцию, как-то угораздился «выстрелить» из шприца кровью в стену. Хозяйка ругалась, что на светлых обоях осталось кровяное пятно. А вот помощью осталась довольной. Ну там все нормально, никаких дальнейших последствий, я думаю, не будет.

– Ну и хорошо. Коллеги, если вопросов нет, всем спасибо! – завершил конференцию главный.

Уже по традиции первый вызов нам дали в десятом часу: в магазине без сознания мужчина пятидесяти лет. Вызывает полиция.

В сетевом продуктовом магазине в тамбуре между дверьми мирно спал грязный БОМЖ, наполнив это узкое пространство непередаваемым амбре. Двое полицейских стояли на улице.

– Вот, видите? – сказал один из них. – Продавцы и покупатели жалуются.

– Ну а вы почему меры не примите? – поинтересовался я.

– А куда он нам такой-то нужен? – возмущенно спросил лейтенант. – Он пьяный, его в вытрезвитель нужно.

– Вот и замечательно, вы имеете такое же право доставлять в вытрезвитель. Что вам мешает?

– Ну как что, вы видите, у нас же машина без отсека для задержанных. Куда мы его, в чистый салон, что ли, посадим?

– Я не понял, а что у нас в скорой салон грязный, что ли? Мы там вообще-то больных людей возим.

– Да не можем мы его сейчас забрать, нам на вызов уже надо! – по всей видимости соврал лейтенант.

Ну что ж, нам ничего не оставалось делать, как грузить господина в машину. Поначалу-то он показался мне маленьким тощеньким бомжиком, но когда вгляделся, то оказалось, это был целый бомжище, высокий, плотный, а главное тяжелый. Да, среди их братии такие редко попадаются.

С грехом пополам переложив его на носилки-каталку, загрузили в машину. А там давай в чувства приводить. Но что только не делали, все бесполезно. Ни на что никакой реакции. Лицо синюшное, дыхание поверхностное. Так, думаю, а давай-ка мы давление ему померяем. Но это только сказать легко. На нем, как и на любом уважающем себя бомже, сто одежек. В конечном итоге умудрились одну руку освободить. Померили. А он, зараза такая, вообще без давления. Фельдшер Виталий хотел вену катетеризировать, как тот задергался в судорогах. Ясен пень – фибрилляция желудочков. Ну постреляли мы, конечно, покачали, а все без толку. Так и свезли его в судебный морг.

Попросились на центр машину обрабатывать. Ведь понятно, что после бомжа осталась антисанитария безобразная.

На Центре пробыли достаточно долго, ведь дезинфектор фактически вымыла весь салон с дезраствором. Вот и еще вызовок. Поедем на головную боль и головокружение у женщины восьмидесяти трех лет. Ну все, докатилась наша бригада, что называется, до ручки. Уже на головные боли стали посылать…

Открыла нам сестра больной и с волнением в голосе рассказала:

– Что – то она падать начала ни с того ни с сего. Вот прямо на ровном месте идет и падает как подкошенная.

– А давно все это?

– Со вчерашнего дня. Я живу-то не с ней, она вчера вечером позвонила, говорит, Галя, я не знаю, что со мной, падаю и падаю, приезжай ко мне.

Больная лежала в постели на боку и к счастью, была в сознании.

– Здравствуйте, что с вами случилось?

– Ой, да вот стала падать ни с того ни с сего.