– А куда мне обращаться?

– Можете в психоневрологический диспансер, а можете в частный медцентр. Выбор здесь за вами.

– Хорошо, я постараюсь, конечно. Спасибо вам большое, вы первый, кто мне все разъяснил по-человечески.

– К сожалению, назначения делать мы не имеем права. Но на прощание дадим вам три таблетки волшебного г-цина.

У больной типичное конверсионное расстройство, возникшее на почве стресса. Суть его заключается в том, что тяжелые стрессовые переживания психика превращает в видимость физического заболевания. Сразу подчеркну, что речь здесь идет не о притворстве и не о причудах больного человека, а о настоящих страданиях. Самое главное, что такая болезнь угрозы для жизни не представляет. Но вот лечение предстоит, как правило, долгое и лучше всего стационарное.

Этот вызов последним оказался в моей смене. В философской задумчивости, у крыльца дымил старший врач Александр Викентич.

– Ну что, Иваныч, получил от Дорофеева?

– Да пошел бы он к <такой-то> матери, – спокойно ответил я. – Еще б не хватало его закидоны близко к сердцу принимать.

– Так он мне еще раз звонил уже после вашего отъезда. Уж до того договорился, что вся скорая заговор против него устроила. Но я не стал до конца выслушивать. Какой смысл? Хочет жаловаться дальше и выше? Пожалуйста, флаг ему в руки, никто не препятствует. А еще до кучи лжеастматики активизировались, Першин и Ильина. Подавай им эуф-н с пр-золоном! Тоже скандалили.

– Так ведь если вдуматься-то, Александр Викентич, эти лжебольные ведь не сами по себе появились. Их наши же и создали, потому что захотелось добренькими побыть. Приезжают и как официанты предлагают все, что душе угодно, лишь бы только господа не капризничали. Ладно, пойду все сдавать и переодеваться.

По окончании смены пришел я к выводу, что нужно очень четко отличать человека доброго от добренького. Быть добреньким и услужливым – проще простого, а поначалу даже приятно от неискренних восхвалений и удовлетворения собственной гордыни. Только хорошего итога у этой псевдодоброты никогда не бывает.

А вот стать по-настоящему добрым куда как сложнее. Ведь для этого нужно обладать бескорыстием, не ждать похвал за свои поступки и гордыню свою не тешить.

Все фамилии, имена, отчества изменены.

«Пьяные» вызовы

Ну что ж за память такая дурацкая? Уже до остановки дошел, как осенило: а телефон-то я забыл! Обычно супруга собирает меня на работу как школьника. Перед тем как мне из дома выйти, она контрольную проверку проводит: «Юра, ты телефон взял? Еду не забыл? Деньги есть? Так, ты зачем кепку-то напялил? Сегодня мороз минус десять, ну-ка шапку надень!». А вот сегодня это не помогло. Пришлось возвращаться. Но ничего, не опоздал.

Только переоделся, как конференцию объявили. После доклада старшего врача, слово взял главный фельдшер Андрей Ильич:

– Уважаемые коллеги, вы все прекрасно знаете, что у нас идет проверка Росздравнадзора. В связи с этим, у меня настойчивая просьба: поддерживайте порядок в своих машинах! Мы вчера проверяли и увидели, что у некоторых бригад полнейшее безобразие творится. В двадцать седьмой машине нашли «фанфурики» с соответствующим содержимым. Фельдшер объяснил, что их зачем-то отбирают у уличных алкашей, к которым вызывают. Мне непонятно, вам заняться нечем, что ли? Вы думаете, что если отберете пойло, то они пить перестанут? А представляете, если бы проверяющие из Росздравнадзора такое увидели? Они могли бы сделать простой вывод, что эти «фанфурики» пьет бригада! Да и вообще, в салоне не должно быть ничего постороннего. Все медикаменты должны храниться в укладках, а не на полках! Уж извините за прописную истину, но машина – это ваше рабочее место, и оно должно содержаться в порядке.