Вот и получил я обновки. Кастелянша Любовь Викторовна оказалась настолько любезна, что даже дала мне пакет огромный. Возьму домой, супруга мне все погладит, а уж в следующую смену надену.

Почти час не вызывали. Ну, прям чудеса какие-то сегодня! Но вот и вызовок: «ФИО, адрес такой-то, М., 38 л. Психоз, больной не учетный. Вызывает полиция».

Двухкомнатная квартира в «хрущевке». Хороший ремонт, чистенько, уютно. Но все происходящее там выделялось неприятным контрастом. Супруга больного, молодая миловидная женщина, испуганно рассказала:

– Слушайте, я даже не знаю, что с ним такое! По квартире бегал, все искал кого-то, глаза бешеные! Меня ка-а-ак швырнет об стену! Я испугалась, сразу полицию вызвала.

– Он выпивал сегодня?

– Нет, вот в том-то и дело! Он уже четвертый день вообще ни капли не пьет!

– А до этого?

– Пил почти месяц.

Двое полицейских удерживали сидящего на кровати мужчину, который делал руками движения, будто пытался вытащить изо рта нечто длинное.

– Ааа… Ну вытащите ее… Ну вы же видите?! Ааа… я сейчас задохнусь!

– Руслан, что у тебя там? Что ты вытаскиваешь?

– Да …ли вы спрашиваете?! Вон, зеленая лента мне в рот лезет! Ааа… Вытащите ее! Она пропанкой воняет!

– А что это за пропанка?

– Ну газ такой, пропан! Ааа… Ну че вы смотрите-то?! Вы че, не видите, что ли?!

– Так, Руслан, поехали в больницу, избавят там тебя от этой ленты!

– Ну вытащите ее! Ааа… Ой, …! Ну посмотрите, вот она! Вот, вот, смотрите, прямо в горло лезет! Ааа…

В машине первым делом дали больному кислород. Когда-то некоторые читатели недоумевали, мол, зачем нужен кислород при белой горячке? Так вот, у некоторых больных возникает удушье, замаскированное под галлюцинаторные образы. В данном случае некая лента проникала в горло. От чего же оно возникает? А от того, что организм суживает сосуды, в результате чего уменьшается всасывание алкоголя. И, казалось бы, это хорошо. Но вместе с тем уменьшается и количество кислорода в крови. Вот так и получается кислородное голодание.

Руслан, жадно дышавший кислородом, и, казалось бы, успокоившийся, вдруг схватил тяжеленный, двухлитровый кислородный баллон. Хорошо, что Гера мгновенно среагировал и отобрал. Но он не остановился на достигнутом, а попытался к выходу пробиться. Вот ведь засранец какой, неугомонный! Так и пришлось вязки надевать. Увезли в наркологию. А по дороге Руслан то и дело спрашивал фельдшеров, мол, почему же они не видят зеленую ленту?

Только освободился, как прилетел следующий вызов: «Неизвестный, адрес такой-то, в 4 подъезде на 3 этаже. М., 45 л. Без сознания. Алкогольное опьянение. Вызов получен через 112». Давно уже сложилось впечатление, что этих алкоголических господ выращивают в специальном инкубаторе. А после созревания разбрасывают по городу, чтоб скорая без работы не оставалась.

Возле подъезда нас встретил стихийный митинг из шести человек.

– Да сколько можно-то, в конце концов?! Там же притон натуральный! Вся шваль с района у них собирается! Весь подъезд позасирали! А эта скотина спать завалилась прямо на площадке!

– А он здесь живет, что ли?

– Нет, вообще какой-то незнакомый!

На лестничной площадке между вторым и третьим этажами, уютно свернувшись калачиком, лежал весьма вонючий господин.

– Уважаемый, просыпаемся! Давай, давай!

– Ии на …! – отмахнулся он.

Возиться с носилками очень не хотелось.