Наш план был предельно прост. Каждый наш снаряд может уничтожить один из снарядов Медейруша; мы запустим несколько штук в самого бразильца, но он вышлет на перехват свои снаряды. Если не произойдет чуда и он не совершит промах, то в итоге останется только Медейруш и два его снаряда.

Четырнадцать целей увеличились в четырнадцати окнах, а затем исчезли.

— Ну что, все как по учебнику, — сказал Ричардс.

Я улыбнулся, не разжимая губ.

— И прямо сейчас Медейруш наверняка очень собой доволен.

Появились еще два окна: «убийцы» приближались к Медейрушу. Мы знали, что у него остались еще два снаряда, но они привязаны к слитку и участвовать в обороне не могли.

Медейруш засек «убийц» и обратился в бегство — но слишком поздно. В отличие от снарядов, которые притормозили, чтобы прибыть на поле боя на скорости, которую можно контролировать, «убийцы» продолжали ускоряться на протяжении всего пути и обладали значительным импульсом. Менее половины из них попали в бразильца, но сотни небольших столкновений оказалось достаточно, чтобы вспороть бок корабля. Медейруш сбился с курса и начал дрейфовать.

— Он подбит, — сказал Ричардс. — Не знаю, сдох ли он или нет, но двигатель не работает.

— У нас снаряды остались? Или «убийцы»? — спросил Кироши и по очереди посмотрел на нас.

Я покачал головой.

— Снаряды закончились. «Убийц» полно, однако они на большой скорости удаляются от Медейруша. Тормозить им придется столько же, сколько они набирали эту скорость, а ведь потом им нужно будет ускоряться на обратном пути.

— Когда они вернутся, он, возможно, еще будет в отключке. Мы не знаем, сколько «бродяг» у него осталось после боя с Мэком.

Кироши был прав. В любом случае, попробовать стоило.

— Ладно, генерал, я немедленно отправлю приказы «убийцам». Задержка, связанная со скоростью света, увеличит общее время, так что они вернутся через двадцать два часа.

Ричардс нахмурился.

— Черт побери, быстрее будет подогнать пару беспилотников.

— Чтобы что? Они вряд ли нанесут большой урон, даже если будут лететь с максимальным ускорением.

— Они могли бы захватить самого Медейруша.

Я уставился на Ричардса. Такая мысль мне в голову не приходила. Запихнуть несколько «бродяг» в трюмы беспилотников, и тогда они смогут проникнуть в бразильский корабль и извлечь оттуда матрицу репликанта. От этого не-вполне-еще-плана у меня начался легкий приступ тошноты; воспоминания о Гомере, о пяти кубах на Земле — там, где Боб-1 проходил обучение, — закружились в моей памяти, перемежаясь с образами Мэка, попавшего под контроль Медейруша. С другой стороны, мы же имеем дело с тем, кто собирается сбросить на колонию металлический метеорит. Миндальничать тут нельзя.

* * *

Беспилотники подошли к бразильскому кораблю, который продолжал дрейфовать. Мы решили, что в данном случае стоит пожертвовать всеми «бродягами» Асгарда, и оставили лишь двоих для восстановительных работ. Это было почти похоже на высадку десанта. Если уровень потерь будет ниже ста процентов, нас это устроит.

Два беспилотника подлетели к вражескому кораблю на максимальной скорости и резко затормозили у бреши в его корпусе. Двери грузового отсека распахнулись, и восемь «бродяг», в том числе два больших, устремились в проем. Отряд направился прямо туда, где находилась матрица репликанта — план корабля мы узнали после первого столкновения Боба-1 с Медейрушем в системе Эпсилона Эридана.