«Бродяги» сразу столкнулись с сопротивлением со стороны своих бразильских аналогов. Бой был коротким и ожесточенным: теперь Медейруш боролся за выживание. Наши стандартные «бродяги» делали все, чтобы защитить больших, ведь тем придется перемещать матрицу. Вспыхнули плазменные резаки, и части машин полетели по кораблю.

Чаша весов склонилась в нашу сторону, как только мы поняли, что «гигантов» тоже можно использовать. Как только вражеский «бродяга» подбирался слишком близко, наш «гигант» пинал его ногой; если жертва не разваливалась на части после столкновения со стеной, то по крайней мере на несколько секунд выходила из строя.

Вскоре остался только один защитник или два — в зависимости от того, как считать части тела. Затем с последним «бродягой» было покончено, и…

— Какого черта?! — воскликнул я, когда все видеопотоки исчезли.

Гарфилд потыкал в консоли.

— Грузовые беспилотники тоже пропали. Они… нет, погоди, я соврал. Я все еще получаю телеметрию от номера 2. Сейчас попробую включить камеру.

Ричардс вздрогнул от удивления, когда произошедшее подействовало и на него, живущего с другой скоростью.

— Что случилось? — спросил он.

— Похоже, что Медейруш бросился на меч, лишь бы не попасть в плен, — сказал Гарфилд и открыл окно с видеотрансляцией. — Вот что показывает второй беспилотник. Кстати, он поврежден, сам лететь не может.

В окне появился бразилец — или то, что от него осталось. Корабль разорвало пополам, и обе части раскрылись, словно бутоны. От них, поблескивая в солнечных лучах и вращаясь, отлетали обломки.

— Он знал, что ему конец, — сказал я. — Может, он думал, что так лишит нас победы, или боялся, что мы будем выпытывать у него секреты. — Я покачал головой. — Никогда не пойму Медейруша. Очень надеюсь, что больше я с ним не столкнусь.

— Меня это слегка беспокоит, — заметил Гарфилд. — Я помню, что на первой встрече с Бобом-1 он был довольно пафосным, а на этот раз не сказал ни слова — даже прощального монолога не произнес. Интересно, какие такие тайны он решил унести с собой в могилу?

Великолепный вопрос. На лицах Ричардса и Кироши отразилась та же тревога, которую ощущал и я.

* * *

— Вообще его не заметил, — сказал Мэк. С кружкой кофе в руках он сидел в моей ВР, положив ноги на скамеечку. — Я помню, что говорил с тобой про осушение болот на Такаме, и вдруг снова оказался в своей стандартной ВР.

— Да, он попал точно в тебя, — ответил я и отсалютовал ему кружкой с кофе. — В свободное время можешь изучить видеоролики. Ты пропустил много всего интересного.

— И я боюсь, что интересное еще не закончилось. — Мэк нахмурился, глядя на свой кофе. — Мы должны исходить из того, что Медейруш в том или ином виде еще жив. Нужно организовать систему обороны, особенно здесь и в системе альфы Центавра.

— Точно. Колонии не возражают, если все твои принтеры будут заниматься только этим — по крайней мере, до тех пор, пока ты не накопишь хотя бы минимальный уровень боеприпасов.

— Ага. Сначала снаряды, затем корабль, потом несколько клонов и новые принтеры… Помогать колониям напрямую я смогу нескоро.

— Мэк, они постараются обойтись теми принтерами, которые у них уже есть. Возможно, стоит построить на каждой планете хотя бы небольшую автофабрику — просто из принципа.

Мэк кивнул, глядя в пустоту.

— Как только мы решаем, что у нас все схвачено, вселенная подкидывает нам новую задачу.