С этими словами Лиззи прижалась к плечу Мэгги так сильно, что ее шепот стал совершенно неслышным.

– Лиззи, я тебя не понимаю…

– …Он весь вечер ходил за Роджером…

– Кто весь вечер ходил за Роджером? – Мэгги изо всех сил старалась собрать воедино кусочки рассказа, которые удавалось разобрать. Лиззи так крепко прижималась к ней, что Мэгги казалось: если она еще хоть немного сдвинется, то упадет с кровати.

– Он не был похож на других призраков. Он все видел, на всех смотрел, но больше всего он смотрел на Роджера. И все время стоял рядом с Роджером. Я испугалась. Но ничего не сказала взрослым, чтобы не было неприятностей.

– Рядом с Роджером был призрак? – Теперь уже Мэгги говорила чуть слышным шепотом.

– Нет, не призрак. Скорее… что-то вроде тени… с глазами.

– И что потом, Лиззи? – Мэгги больше не хотела об этом говорить. Она уже больше не боялась, что вернется обратно в будущее, зато боялась того, что могло явиться в комнату Лиззи, привлеченное этим рассказом. В комнату, где теперь лежала не одна, а две девочки, способные видеть то, чего другие не видят… и даже не слишком хотят.

– Я так перепугалась, что забыла, как дышать. А потом потеряла сознание и упала лицом прямо в тарелку. Пришла Ба и помогла мне привести себя в порядок, но у меня сильно кружилась голова и мне было так тошно, что я весь вечер провела в своей комнате.

Мэгги выдохнула, обрадовавшись тому, что эта история не закончилась ничем по-настоящему жутким. Едва она успокоилась, как Лиззи снова заговорила:

– Мне кажется, эта тень… она у Роджера внутри.

* * *

Наступило утро, взошло солнце, и в его свете ночные страхи отступили на второй план. Ночью Лиззи не стала ничего объяснять Мэгги про «тень» внутри Роджера. Она не произнесла больше ни слова, а когда Мэгги попыталась выведать у нее, что она имела в виду, притворилась спящей. Мэгги долго молча лежала в темноте, размышляя о том, что ее затянуло в водоворот событий, способных ей здорово навредить, и толком не зная, за что ей браться в первую очередь, если она и правда планирует провести еще день в мире Джонни.

Лиззи познакомила ее с Ба и сообщила той, что Мэгги, кузина из Мак-Клинтока, городка в двух часах езды к югу от Ханивилля, пробудет у них целый день, пока ее мать навещает больную подругу. Ба, в действительности носившая самое банальное в мире имя – Мэри Смит, вежливо поздоровалась, но не проявила ни малейшего интереса к Мэгги и ее вымышленному происхождению. Полное равнодушие Ба было им с Лиззи только на руку. Ба была в этом доме чем-то вроде спорой, опрятной тени, которая чистила и полировала, готовила обед и стирала белье, редко разговаривала и в целом занимала ровно столько места, сколько ей выделила семья. Ба была так неприметна, что походила скорее на робота, чем на человека, и Мэгги вдруг подумала, что Лиззи очень много времени проводит в обществе личности, совершенно лишенной чего бы то ни было личного. Правда, на личность Лиззи это, судя по всему, не повлияло. Девочка вся лучилась умом и жизненной энергией, и Мэгги искренне наслаждалась ее обществом. Лиззи засыпала ее вопросами, и Мэгги старалась как можно точнее на них ответить, но замолкала, едва заметив, как у нее внутри зарождается странное, тянущее чувство, подсказывавшее, что она приближается к черте, за которую ей нельзя – или, по крайней мере, не следует – заходить.

Усталость, которая накануне буквально сбила ее с ног, прошла, и Мэгги подумала, что то был своего рода пространственный джетлаг, совершенно лишивший ее сил, а не знак того, что ей пора назад, в ее время. Этим утром Мэгги снова была полна энергии и потому решила, что все-таки попытается попасть на выпускной бал. Там будет Джонни, а еще другие выпускники, о которых он ей рассказывал.