Камень звонко ударился об пол и покатился под стол. Неосознанно я сделала шаг в сторону и подняла его.

«Не будь он мертв, оценил бы везение – подумала я, разворачиваясь к телам. – Хорошо вместе смотрятся… Что же делать? Звать помощь или помочь Астрин Мерил?»

Я собиралась положить камень на стол, чтобы освободить руки, но в раскрывшейся ладони на меня глядел кусок угля. Не в том смысле, что камень поменял текстуру – он изменил цвет. Очередной ступор приковал ноги к полу.

– Вы говорили, красный – это показатель здорового человека, а черный? – прошептала я вопрос.

Послышались шаги, приближающиеся к кабинету. В панике я огляделась по сторонам, не зная, куда спрятать уголь. Подложив его под книгу на столе, я резко обернулась – в этот момент отворилась дверь. Меня сотрясала мелкая дрожь.

– Милгын? – вошедший обвел взглядом кабинет, внимательно задержавшись на мне. – Ты в порядке?

Низкий голос окутывал меня, дарил ощущение спокойствия и тепла. Гернер, наверное, единственный, кого бы я хотела видеть сейчас.

– Нет, – честно призналась я, приглаживая взлохмаченные черные космы.

– Ты такая белая…

– Белей обычного? – нервно засмеялась я, заглядывая в зеркальце у головы профессора.

Неестественно светлая кожа, выделяющая меня среди смуглых сородичей, приобрела еще более болезненный цвет. Даже пухлые губы потеряли яркость, отливая голубизной. Сместив взгляд, я застыла на созерцании белого лица профессора, почти такого же, как мое.

– Фелан Нануя мертв, а Астрин Мерил в обмороке. А я? Я, кажется, как профессор… И камень почернел.

Гернер ловко подскочил ко мне, обнимая.

– Тише, маленькая, успокойся, посмотри на меня, – попросил он.

Я продолжала дрожать, всматриваясь в мертвые черты лица профессора.

– Ты живая, успокойся. – Гернер развернул меня, прижав к груди. Его горячие ладони гладили по спине, даря тепло живого тела. – Какой камень почернел?

– Камень жизни, – не выдержав, всхлипнула я.

– Это от страха, милая, от страха, – сказал он, застывая на долю секунды.

– Ты уверен? – новый всхлип.

– Да, – выдохнул он, целуя меня в макушку.

– Астрин Мерил! – резко вскрикнула я, отталкивая Гернера. – Нам надо привести ее в чувства.

Взяв зеркальце, я медленно поднесла его к лицу преподавателя.

– Она же в обмороке? – уточнил Гернер.

– На всякий случай, – спокойно ответила я, заметив запотевшую поверхность.

В этот момент Астрин Мерил подала признаки жизни. Она захлопала глазами, но увидев Фелана – протяжно вскрикнула и вновь отключилась.

– Надо приподнять ей ноги, – сказал Гернер, сооружая из разбросанных вещей возвышенность. – Это увеличит приток крови к голове, – объяснил он мне.

Я хотела помочь, но привстав, опустилась на пол.

– Сиди здесь. Я сбегаю в шаманский блок и позову ректора, – сказал Гернер.

Он подошел к единственному огромному окну в кабинете и шире распахнул раму, чтобы впустить больше воздуха.

– Воды? – предложил он мне.

– Да, спасибо.

Профессор всегда хранил графин и бокалы на подоконнике, приговаривая, что так вода заряжается солнечным светом.

– Я быстро. – Гернер протянул мне наполненный бокал, а после вышел из кабинета, плотно закрыв дверь.

Утолив жажду, я принялась будить Астрин Мерил.