– Я говорил, покорми меня, – ворчливо вылез наружу пиявка.

Мне не хотелось ничего. Я смотрела на черную стену, в которую превратилась моя жизнь.

– Милгын? – позвал пиявка.

– Ты все знал и молчал, – обреченно промолвила я.

– Я оберегал тебя. Они бы вышли на тебя намного раньше и…

– Днем раньше, днем позже… – перебила я пиявку. – Я была бы готова. Я могла сказать дознавателю, ректору, а так… никто не знает, куда я пропала и почему, – горестно вздохнула я и легла на койку.

– Если бы не этот Гернер, ты была бы уже дома. В безопасности, – сердился пиявка.

– В безопасности? – Я смиренно закрыла глаза. – Ты собирался всю жизнь попивать мой дар? Не жирно?

– На восьмом острове Логово страждущих действует не так активно.

– И? Меня бы вернули сюда: только здесь обучают воронов.

– К тому времени ты бы научилась скрывать силу дара, а они бы и дальше искали дочь Кутху, – заполз пиявка на лоб. – Кстати, я твоей энергией питал озеро. Красиво вышло?

– Красиво, – сказала я, постукивая зубами.

– С другой стороны, чувства Гернера играют нам на руку, – задумался пиявка.

– Наверное.

– Милгын, ты собираешься выбираться или как? – Пиявка попытался оттянуть мне веко.

– Я выжидаю.

– Нам нужен план! Мальчишка не хочет делать из тебя пустышку, подыграй ему. Тебе нужно только выбраться наружу, а там можно и жахнуть! – заелозил пиявка.

Я мотнула головой:

– Благодаря тебе я так и не научилась творить Преобразования. Учитель нашелся.

– Вот это ты зря, – проворчал на ухо пиявка. – Ночью ты вся светилась энергией. Нужно сконцентрироваться, а лучше разозлиться.

– Я не хочу злиться.

– Почему? – удивился пиявка. – Я бы на твоем месте еще как злился. Друзья распускают слухи, парень – чокнутый убийца, ты, если не соберешься, станешь бездарной игрушкой… Не злишься?

– Не злюсь, – протяжно вздохнула я. – Они ошиблись. Какая я дочь Кутху? Красивая, сильная… смешно даже. Это Карни, и она в опасности.

– Ты головой сильно ударилась? – вкрадчиво уточнил пиявка. – А потом она еще возмущается, чего это я ей ничего не рассказал? Ей прямым текстом говорят – ты дочь Кутху, а она: «Ой, не я это, это ошибка!»

– Ну какая из меня дочь Кутху? – замотала я головой.

– Обычная! – закричал в ухо пиявка.

Внутри что-то надорвалось. Сосущая пустота утягивала – мне не хотелось вставать, говорить. Я хотела забыться в этом гнетущем состоянии, лишь бы не чувствовать боль:

– Я хотела обрести дар, а не становиться частью пророчества. Они умнее и сильнее меня. Они не отпустят меня…

– Не реви, родственников не выбирают! – ругался пиявка. – И подними уже кофту, пока она не отсырела. Когда придет Гернер, ты должна согласиться.

– Я не хочу соглашаться! – Холод успокаивал, усыплял. Мне вспоминался дом, заботливые мамины руки…

– Тогда ты станешь пустышкой и забудешь все: дом, семью, друзей. Все, что тебе дорого, будет уничтожено!

Слова пиявки хлестали, резали, выворачивали.

– Не говори так, – попросила я.