Но… Где найти любовь как ни на земле? Что ни говори, она прекрасна, там каждый год цветет весна. Когда же наступит наша? Может, доживем и встретимся? Я верю в это. Кстати, ты обещала прислать фотографию и сказала, что память у тебя хорошая, и слово держишь. Докажи делом, я жду. Твой Прохор».

Юлька прикладывает ракушку к уху и впрямь слышит шум моря. Его вздохи, шум набегающих волн, грохот прибоя, голос ветра… Женщину потрясла необычность морской песни. То громкая и грозная, то тихая и ласковая, похожая на шепот. Она завораживала, уводила в неизвестные, далекие края, где нет городов, есть только волны, ветер.

— Прошка! Как же ты выживаешь там? Ведь ни единой души, ни одного человечьего голоса. Только море ревет и стонет ветер. Как же выжить живой душе в этой буре, где нет ни тепла, ни света, ни живого голоса? От таких песен шкура дыбом встает, и душу замораживает страх. Нет, такие песни не по мне, — положила рапан рядом с фотографией Прохора. И, вспомнив, стала искать, какое фото может послать человеку на Север.

— Вот это! Хотя здесь слишком серьезная, даже злая. И старая. Лучше эту. Она более живая и веселая. Улыбка во весь рот, как у загулявшей телушки, волосы распущены хвостом, легкомысленная кофта. И глаза как у подвыпившей девахи, какую хоть сейчас волоки в кусты. Ну и ладно! Пошлю обе. Пусть сам выберет, какая больше понравится, написала ответ, подписала и фотокарточки. Пошла отправить и лицом к лицу столкнулась с диспетчером аэропорта Мишкой. Тот давно присматривался к Юле, провожал ее томными взглядами, но наслышавшись от летунов о ее неприступности, подходить не решался. Здесь и свернуть некуда. Юлька спешно опустила письмо в ящик и, сделав шаг, чуть ни лбом поздоровалась с Мишкой:

— Куда спешим? — улыбался обезоруживающе.

— Домой!

— А можно проводить?

— Зачем? Я тут рядом. В домашних тапочках добежать можно.

— Зато народу сколько! Мне чуть уши не отдавили в этой толпе. Ты только посмотри, какие злые лица! Того гляди, набросятся, порвут и съедят!

— Кого?

— Тебя, если одна пойдешь.

— А ты себя вместо меня подставишь толпе на ужин?

— Коль набиваюсь в провожатые, все последствия беру на себя, — взял под руку, не спросив, и пошел к дому шаг в шаг.

— Ну, вот и пришли! — остановилась у подъезда.

— Так быстро?

— Я же говорила!

— А может, пригласишь?

— Куда?

— Домой, конечно.

— Миш, в мои планы не входило приглашать гостей сегодня. К тому же девчонки придут скоро.

— Они не гости?

— Эти свои!

— А можно мне с ними, я не помешаю!

— У нас свои разговоры. Тебе они неинтересны.

— Главное, чтоб тебе не было скучно. А это я гарантирую. У меня, как говорят знакомые, талант тамады с самых пеленок, — завел Юльку в подъезд и пошел следом за нею по лестнице.

Юлька не вслушивалась, что говорил Мишка, она лихорадочно искала повод, чтобы не пустить его в квартиру. Но диспетчера это не тревожило. Он держался так, будто его давно здесь ждали.

— Ой, мне кота надо прогулять! — взяла на руки встретившегося Ваську, хотела пойти во двор.

— Мужик должен быть самостоятельным. Может, у него встреча назначена? Зачем ему мешать? Личная жизнь у каждого своя. И он тоже человек! Пусть гуляет вольно! — взял кота из Юлькиных рук, хлопнул в ладоши и сказал:

— Вперед, Вася! Катись к своей подружке! Она уже заждалась тебя за углом!

Но кот не поверил.