— Кончай таскать мне веники! Вон другим девчонкам конфеты, духи носят, а ты на что деньги выбрасываешь?

— Я после этого целый месяц не назначал ей свиданий. Обиделся. Тогда Ленка сама меня нашла и, словно ничего не случилось, в кино пригласила на последний сеанс. Я понял все и больше не водил в парк. Свиданья назначал возле кинотеатра или кафе. Даже на концертах побывали. Отношения сразу потеплели. Девчонки и в наше время знали, коли зовет на свиданье в парк, значит студент, совсем бедный, от таких быстро уходили. Зато в кино, в кафе, или на концерте, девчата были совсем иными, веселыми и ласковыми.

— А ты долго с нею встречался?

— Почти год. Это очень долго!

— Как же не разглядел?

— Юлька! Я любил ее! Разве за такое упрекают? Может и она любила. Мы придумали для себя друг друга и жили как во сне. Ведь не все было плохо, поверь, дочка! У каждой любви свои крылья и облака, какие потом становятся тучами. Вот это не все и не сразу замечают. Но и я носил свою девчонку на руках, и она улыбалась только мне и называла любимым. Я дурел от счастья, думал, что так будет всегда. Но счастье как праздник, всегда короткое, его не успеваешь заметить, как упорхнуло из рук бесследно, будто приснилось на миг. Ленка была красивой, а может мне это только показалось, — вздохнул человек и продолжил:

— Она была никчемной хозяйкой. Мне пришлось учить ее всему: стирать, готовить, убирать. Но она к тому же была ленивой. Стали ругаться, Ленка оказалась грубой, очень злой на язык. Может, мы давно бы разошлись, но появилась ты! Вот тут многое изменилось. Жена стала быстро учиться всему. Даже характер выровнялся. Ленка любила тебя, и ко мне стала терпимой, не дерзила и не хамила. Знаешь, как радовался я переменам. Мы почувствовали себя родными, настоящей семьей. Я своей матери запретил отзываться плохо о жене и моя мамулька очень старалась сдерживаться, чтоб не обидеть Ленку даже ненароком. Я готов был вывернуться наизнанку, чтоб только угодить жене. Вот таких ошибок допускать не стоит. Не надо сажать бабу себе на шею и посвящать ей всю жизнь без остатка, потому что любая женщина воспринимает послушание мужчины за проявление слабости. И начинает грузить без меры, капризам и запросам нет предела. Они начинаются с безобидных просьб. Зато потом им нет конца, — опустились плечи человека.

— Я покупал всякую каплю тепла подарками и послушанием, забыл о себе, Ленка стала эгоисткой и деспотом. Она слишком много требовала для себя, совсем забыв обо мне.

— Так и теперь живут многие, — тихо отозвалась Юлька.

— Да, я знаю, но терпенье не бесконечно. И мне надоело бежать на работу голодным. Мать ни разу не приготовила завтрак, и я вглухую сел на бутерброды. Ходил в нестиранных рубашках, а Ленка отвечала, что все время уходит на тебя и она не успевает. Но, в других семьях росли по двое, трое детей, и мужики не мучились как я, жили сытыми и ухоженными. А и ты от соседских детей ничем не отличалась. И вот тут решил присмотреться к твоей матери, куда уходит ее время? Чем занято наше солнышко? — ядовито усмехнулся человек.

— Оказалось, Ленка ударилась в свою крайность и пригрелась в теплой компании, где были продвинутые бабы. Они даже обедали в ресторане, стали постояльцами в элитных парикмахерских и салонах красоты. Об одежде и говорить не стоит, шили на заказ у лучших мастеров, либо покупали в бутиках. Ленка выглядела так, будто модель, сбежавшая с конкурсного просмотра, и однажды заявила, что ей стыдно ходить рядом со мной по городу. Вот тогда я впервые подошел к зеркалу и глянул на себя в упор. Досада взяла, я позвал жену, указал на грязную рубашку, залоснившиеся, неглаженые брюки, попросил, чтобы все привела в порядок.