– Не догадался с собой тушку захватить? – с любопытством поинтересовалась Гвинейн. – Нет? Жаль. Я бы взглянула, что за белки-убийцы в здешних краях завелись. Ладно. Показывай руку. Будем тебя лечить.

Она помогла гонцу снять повязку и куртку, а сама все думала о столь странном поведении животного. При Пастыре Проклятых трупы любых существ могли восставать и нападать на живых. Но Пастыря уже давно не было. Да и белка явно не была нежитью – слишком много крови из нее вылилось.

– Тебе сильно повезло, любезный друг, – заметила Гвин. – Зверюшка куртку не прокусила и до кожи не добралась. Так что лечить нам с тобой только перелом, а это не так сложно. Сейчас зафиксируем руку понадежнее, дадим тебе пару микстурок, и дело быстрее пойдет. К утру…

– Заживет? – радостно спросил гонец.

Гвин снова фыркнула.

– К утру отеки сойдут. Болеть перестанет. А заживет на моих микстурах через неделю. Будешь снова ездить верхом, как оголтелый. Только вот с белками не связывайся больше.

Адептка примирительно улыбнулась.

– Спасибо, моя леди. – Юноша смущенно улыбнулся в ответ. – Возможно, оно и к лучшему. Пережду у вас эту недельку, коли король Бариан позволит. А там, глядишь, и успокоится все.

– Что успокоится? – не поняла Гвин.

Она продолжала осторожно изучать сломанную руку. Прикосновения были весьма деликатными, но гонец все равно кривился от боли.

– Нападения, моя леди, – пояснил несчастный. – Меня ведь к вам с тем срочно и послали. Передать королю Бариану, что звери не только на путников теперь нападают, но и в пару амбаров уже забрались. Да все ближе к вашей границе. Говорят, кровь рекой лилась. Бедную скотину выпотрошили так, что не узнать, корова это или лошадь. Не знаем, что это такое у нас завелось, но наши Эверхилы скромно надеются на то, что, быть может, ваш муж позволит вам наведаться к нам и решить проблему с дикими зверями.

– Я вам что, егерь? – возмутилась Гвин. – Это могли сотворить голодные волки или медведь-шатун.

Однако внутренне она напряглась. Нападения на одиноких путников на дорогах. Бойни в закрытых хлевах. Даже обезумевшая белка. Это могла быть эпидемия сродни бешенству. Или того хуже – за подобными происшествиями мог кто-то стоять. Тот, кто нуждался в добыче, но не хотел показываться и марать руки, потому использовал одурманенных зверей.

Гвин отвернулась к столу и принялась сосредоточенно мешать микстуру для обезболивания.

– Миледи, прошу вас, – голос юноши звучал умоляюще. – Вы же чародейка. Понимаю, что Валиндер – не ваша земля. Но вы можете хотя бы взглянуть и сказать, что за напасть у нас поселилась. Да еще и так близко к вашим границам. Не ровен час, и в Нордвуд наведается.

Адептка скрипнула зубами от досады. Казалось, что Нордвуд не желал отпускать ее, подкидывая все новые и новые хлопоты с тех самых пор, как она пересекла границу по осени. Неотложные дела, от которых зависели жизни людей. Заботы о благе других, что грозились вновь отодвинуть ее собственное счастье.

– Госпожа Гвинейн? – голос гонца вывел ее из оцепенения.

Гвин стояла у стола с зажатым в руке пестиком и смотрела прямо перед собой невидящим взором. Мелькнувшая в ее разуме догадка показалась адептке сродни случайной галлюцинации в пьяном угаре. Поэтому женщина тотчас отринула ее.

– Я поговорю с королем, – нехотя произнесла она. – Посмотрим, что он скажет.

Глава 7

Поспешные решения и их последствия

Прохладные коридоры Высокого Очага тонули в зимнем сумраке.