Она задумчиво смотрела на него. Потом кивнула:

– Полагаю, я поступила бы так же, если бы дело касалось моей матери. По крайней мере тут мы понимаем друг друга.

– Значит, мы партнеры. – Кристиан улыбнулся.

– Поневоле…

– О, это только поначалу будет трудно. Нам нужно просто привыкнуть друг к другу. – Он взглянул на бильярдный стол. – Вы когда-нибудь играли?

– Что?

– В бильярд. Так играли?

– А! В доме дедушки есть бильярдный стол, но я не подходила к нему уже многие месяцы.

– Может, сыграем? Она удивилась:

– Прямо сейчас?

– А почему бы и нет? Коль скоро мы затеваем совместную авантюру, нам волей-неволей придется узнать друг друга получше. Игра в бильярд – прекрасная возможность.

– Уэстервилл, вы только что заявили, что подозреваете моего дедушку в том, что он оболгал вашу мать перед лицом короля. Ложное обвинение привело ее в тюрьму, где она затем умерла. Что-то не хочется мне играть с вами в бильярд.

– Мы пока ничего не знаем наверняка, так что же мешает получить удовольствие от игры? – Он положил руку ей на плечо, вынуждая повернуться к столу. Теперь он стоял прямо за ней, и крутой изгиб ее ягодиц оказался в дразнящей близости от него. – Урок первый. Учимся правильно управлять кием.

Он протянул руку из-за ее спины, вручая ей кий. Сжал ее руку, чтобы пальцы сделали правильный захват.

Бет всей спиной ощущала, как близко от нее он стоит. Тепло его тела проникало сквозь тонкую ткань платья, и ее начала бить нервная дрожь. Ум был взбудоражен: Кристиан обвинял ее деда! Почему она не назвала его лжецом? Наверное, все дело в его спокойствии, уверенности. Он убежден в том, что говорил! Пусть даже все это неправда, но он верил! Бет даже немного испугалась.

Понятно, почему он предложил партию в бильярд. Молчание становилось слишком уж напряженным. Но какая буря бушевала в ее сердце! Она сказала:

– Милорд, мне сейчас не до игры…

– Тише. – Он обнял ее сзади, берясь за кий поверх ее руки. Пальцы у него были теплые, а ее рука немного дрожала. – Почту за честь помочь такой красивой женщине.

От звука его голоса дрожь пошла по всему ее телу – как будто тысячи иголок впивались в кожу.

Бет была не в силах оторвать взгляд от его руки, уверенно обхватившей ее ладошку. Крупная, прекрасной формы рука. Она слегка сдвинула пальцы и ощутила волнующее пожатие его сильной ладони.

– Я… – Бет запнулась. – У вас такая грубая кожа, милорд. – Она посмотрела назад поверх плеча, прямо ему в глаза. – Это совсем не рука джентльмена.

Она вовсе не хотела его оскорбить. Наоборот, ей нравилось прикосновение огрубелой кожи человека, привыкшего к жизненным испытаниям. Она могла угадать целую историю трудов и приключений… Но его глаза сверкнули, губы сжались в нитку. Он стиснул ее ладонь так, что ей стало больно.

– Эти руки – дар моей злосчастной судьбы.

Он отнял руки, перехватив кий пониже. Вот такого объяснения она удостоилась! Больше он ничего не сказал, но Бет внутренним чутьем поняла, что он обижен гораздо сильнее, только виду не подает. В порыве раскаяния она потянула кий вверх на себя и прижалась щекой к его пальцам. Закрыла глаза, стараясь забыть, какая горечь слышалась в его голосе, какая боль плескалась в его взгляде.

Кристиан лишь смотрел на Бет, не в силах двинуться.

Он знал немало женщин. Смеялся вместе с ними, забавлялся разговорами среди подушек, при свете свечей. Занимался с ними любовью – часами, выслушал столько историй их жизни – и печальных, и счастливых.