– Тогда вам нечего мне сказать? Для человека, который знает все, это немного.

Я начал подниматься, И даже это невинное движение насторожило Мендеса. Уайльд вскинул руку. Было непонятно, к кому из нас двоих относился этот жест.

– Возможно, у меня нет нужных вам сведений. Но до меня доходят слухи, и я буду рад поделиться ими с вами.

Я не стат скрывать своего скептицизма.

– Пожалуйста, – сказал я, снова садясь.

– Насколько я понимаю, Рочестер организовал убийство вашего отца и Майкла Бальфура. Не знаю почему, но знаю, что он нанял Берти Фенна. Кроме этого, сударь, насколько я понимаю, мистер Рочестер каким‑то образом связан с «Компанией южных морей». Думаю, правду об этих убийствах надо искать в Компании.

– Странно, – сказал я, – сколько людей указывают на «Компанию южных морей», но больше никто ничего сказать не может.

Уайльд посмотрел на меня с некоторым любопытством:

– Не могу ничего сказать о других людях.

– Какая у вас связь с Персивалем Блотвейтом? – потребовал я.

– С Блотвейтом? – Либо мой вопрос действительно его удивил, либо он был превосходным актером. – Директором Банка Англии? Какая у меня может быть с ним связь?

– Именно это меня и интересует.

– Никакой. Думаю, никакой и не будет, если только однажды его не обворуют.

– Тогда скажите, откуда ваши подозрения относительно Компании, – сказал я.

– Знаете, карьеры губятся шепотом. Один мошенник что‑нибудь мне скажет, потом какая‑нибудь шлюха что‑нибудь добавит. Я складываю это вместе. Иногда у меня нет возможности задавать вопросы, я могу только слушать.

Я не знал, что еще можно спросить. Я не хотел сейчас гадать о мотивах Уайльда, но, если он хотел мне помочь, я должен был воспользоваться этой помощью.

– Что вам известно о человеке по имени Ной Сарменто? – спросил я.

Уайльд мог отрицать свои связи с Блотвейтом, но, если клерк моего дяди был мошенником, Уайльд почти наверняка о нем знал.

На его лице ничего не отразилось.

– Я не знаю его.

– Очень хорошо. Ваши люди избивают меня и силой привозят сюда, чтобы я получил ваше дружеское напутствие. Я правильно вас понимаю, мистер Уайльд?

– Полно, Уивер. Я уже принес свои извинения. Я рассказал вам все, что мне известно о Рочестере и о причастности «Компании южных морей». Вы и сами должны потрудиться.

– Тогда сейчас и начну. – Я стал подниматься. – Благодарю за то, что уделили мне время, мистер Уайльд, – сказал я мрачно, стараясь держаться ровно. Я не хотел давать Уайльду удовольствие видеть меня выведенным из строя. – Не знаю, до какой степени могу полагаться на ваше обещание, но хочу вас уверить, что встреча с вами многое мне прояснила.

– Рад это слышать. Знаете, мистер Уивер, мое предложение остается в силе. Если решите работать у меня, для такого человека всегда найдется достойное место.

– Ваше предложение так же заманчиво, как и тогда, когда вы впервые его сделали.

– Да, кстати. Вот что я еще хотел сказать. Насчет Кейт Коул. Я не мог не заметить, как вас передернуло, когда я говорил, что ее повесят. Полагаю, вы относитесь к тем несчастным, которыми движут чувства. Это ужасно. Я подумал: если мысль о том, что ее повесят, вам так неприятна, я мог бы и спасти ее от виселицы..

– А что взамен? – спросил я.

– Взамен, – сказал он, – вы окажете мне какую‑нибудь услугу.