У меня немного дрожали ноги, когда я встал на булыжную мостовую, а после темноты в экипаже яркий дневной свет ослепил меня, как если бы я только что проснулся после вчерашнего перепоя. Хромая к дому миссис Гаррисон, я думал обо всем, что мне удалось узнать за этот день. К сожалению, я был как никогда далек от разгадки.

Глава 23

Я находил интриги Уайльда грубыми и варварскими, но, несмотря на всю пх топорность, я не понимал его игры. Многие подталкивали меня в сторону «Компании южных морей», и подозревать, что все эти люди сговорились, означало признать, что и мой дядя участвовал в этом сговоре. Мысль об этом вселяла ужас, но в свете полученных сведений такую возможность нельзя было полностью исключать. Почемудядя умалчивало Блотвейте, чья причастность к этому делу стала очевидной? Знал или не знал дядя о связи Сарменто с Блотвейтом? И почему дядя поддерживал дружеские отношения с Адельманом, человеком,игравшим важную роль в «Компании южных морей», если факт того, что компания причастна к смерти моего отца, был неоспорим?

Но больше всего меня беспокоил вопрос, в чем был интерес Уайльда. Я не имел представления, какую выгоду мог получить фатоватый ловец воров вроде Уайльда от разоблачения «Компанииюжных морей». Несмотря на его речи о необходимости наказать убийц, успех моегорасследования мог представлять для него серьезную угрозу, поскольку многие жители Лондона, как показал пример сэра Оуэна, былиготовы заплатить более значительную сумму честному человеку за розыск украденной у них вещи, чем платитьменьше вору, который, собственно, и украл ее у них. У меня было два объяснения поведения Уайльда: либо он хочет с помощью интриг убрать меня с дороги, либо по неизвестным мне пока причинам «Компания южных морей» представляет для него такую угрозу, что он готов пойти на риск в будущем, дабы разоблачить Компанию сейчас. У меня не было никаких предположений относительно того, что общего может иметь Компания с таким скользким типом, как Уайльд. И если он так боялся «Компании южных морей», почему он не дал мне сведений, с помощью которых я мог бы нанести ей вред?

Утомленный, страдая от побоев, нанесенных людьми Уайльда, я переступил порог дома миссис Гаррисон с желанием наконец выспаться. Было бы неправдой, скажи я, что боль утихла. Напротив, она скорее усилилась, хотя ее нельзя было назвать острой. По прошлому опыту я мог определить, насколько сильной была травма. В данном случае я знал, что в течение нескольких дней я буду испытывать дискомфорт, но мое здоровье вне опасности. Я решил, что обдумаю дальнейшие шаги, после того как хорошенько отдохну. Но желанный отдых, видимо, откладывался. В прихожей меня ожидала миссис Гаррисон с покрасневшими от заламывания руками.

– Мистер Уивер, сударь, вы в порядке? – Она выглядела встревоженной, я бы даже сказал, обрадованной, что видит меня, но обмануть меня нелегко, я хорошо знал цену ее кудахтанью. Такое часто бывало, особенно когда я вовремя не вносил квартплату.

– Да, миссис Гаррисои, – сказал я мягко, стараясь не волновать ее. Она не скоро забудет ужас, который испытала, когда эти громилы пришли к ней в дом. – Не стоило беспокоиться. Это были глупые люди, но безобидные.

– Я рада, что вы в порядке, – сказала она. – Я думала, они причинили вам серьезный вред. – Она замолчала.

– Вы хотели что‑то еще сказать, сударыня?

– Мистер Уивер, я не могу допустить, чтобы в мой дом врывались негодяи. У меня приличный дом, сэр. Я закрывала глаза на то, что вы еврей и все такое, сэр. Не все бы пошли на это, – добавила она поспешно.