Артист аккуратно положил кий на стол и развернулся лицом к остолбеневшему Битому.

– Как ты там говорил? – напомнил ему Артист. – Петух? Чмо?

– Братан, – все еще самоуверенно сказал Битый. – Не гони. Ты здесь не хозяин. Ты не знаешь, с кем связался. Если ты сейчас сядешь в машину и уедешь отсюда, будем считать, что дело замазано и все в расчете. Ты… – Как это уедешь? – искренне удивился Артист. – Я только что приехал. А ты мне хамишь, в бильярд играть мешаешь. Настроение испортил. Знаешь что, ты мне уже надоел.

Битый резким движением сунул руку в карман своей кожаной на меху куртки и выхватил оттуда обшарпанный ПМ. Девчонка у бара вскрикнула, но Битый не выстрелил, да и вытащить‑то толком свой пистолет не успел. Артист перехватил его руку и крутанул ее за спину. Битый выгнулся, взвыл от боли и выронил оружие.

Артист ногой отпихнул пистолет по направлению к Доку, а потом развернул того, кому здесь все платят, к себе лицом.

– Я тебе кое‑что объясню, – сказал он, – только ты не обижайся.

После чего быстро схватил Битого двумя пальцами, словно клещами, за нос и повел медленно к выходу.

– Рекомендую. Любимый приемчик моего друга младшего лейтенанта Мухина по прозвищу Муха… Ну так вот. Битый, ты здесь говно, а не хозяин дороги. Понял? И место твое на улице, а не среди людей.

С этими словами он выпихнул воющего от боли бандита на заснеженный двор и выбросил вдогонку ключи от «ауди», которые Битый крутил на пальце.

– Скажи спасибо, – добавил Артист, – что твои ребята не видели этого.

И закрыл дверь.

Он не сомневался, что Битый после такого сразу уедет. И не ошибся. Через минуту взревел движок, и белая «ауди» покинула стоянку.

Дальнобойщики сконфуженно поблагодарили Артиста.

– Спасибо, старик, – сказал тот, кто не соглашался платить.

– Вы бы уехали отсюда, – посоветовал Артист. – А то, не дай бог, вернется.

После этого совета кафе опустело за минуту. Остались только бармен с девчонкой, Карась и Док с Артистом. Ну и еще четверо «качков», отдыхавших со слабыми постанываниями на полу. Артист подвел к стойке Карася.

– Док, знакомься, – как ни в чем не бывало, сказал он, – это Константин.

Он, оказывается, живет в Двоегорске.

– Константин, – протянул руку Карась. – Карасев.

Рука его вспотела от пережитого напряжения. Док кивнул.

– Иван.

– Да что там, – встрял Артист. – Можно просто Док.

– Семен, – покачал головой Док, – нельзя, чтобы было не так театрально?

– Да ну, – отмахнулся Артист, – какой это театр? Ни тебе аплодисментов, ни криков «браво»… Просто этот Битый мне весь аппетит перебил. Что теперь с курицей‑то делать?

– Ты лучше скажи, что с этими делать? – вставил бармен и кивнул на четыре тела.

– Да ничего не делать. Очухаются через полчасика и расползутся.

– А потом, – проворчал бармен, – они сползутся опять. Что делать‑то?

– Да ты ведь тут ни при чем. Мало ли кто у тебя останавливается.