– Вот видишь, Дек… – и снова девчонке:

– Но ведь это Двоегорск, не так ли?

На этот раз девушка хихикнула кокетливо:

– Да.

Молодой человек оказался прав – в Двоегорске не было ни одной библиотеки и из четырех газетных киосков работали только два. Но свой ироничный тон молодой человек вдруг оставил, а переведя взгляд на меланхоличного бармена, сказал совершенно серьезно:

– Вообще‑то нам нужна улица Маркса. Не подскажешь, как до нее добраться?

– Это где‑то на окраине, – пожал плечами бармен и кивнул на сидящего в одиночестве дальнобойщика. – Спросите лучше вон Карася.

Посетители переглянулись.

Веселый молодой человек хлопнул того, кого называл Доком, по плечу и со словами: «Ладно, пойду займу место» – направился к столику одинокого дальнобойщика.

Девчонка невольно проводила его взглядом. Обычная семнадцатилетняя девушка из провинциального городка, которая пришла потрепаться со своим приятелем, работающим в кафе барменом, она, видимо, в Двоегорске не встречала таких странных и симпатичных молодых людей.

– Ну, так что будем заказывать? – спросил бармен.

Док не стал выпендриваться насчет цивилизации, а просто заказал курицу, горячего чая и расплатился. Он собирался было уже отойти от стойки, но в этот момент девчонка заставила его обернуться не очень определенным обращением: «Эй!»

– Эй! А вы не артисты? – спросила она и стрельнула взглядом в явно понравившегося ей молодого человека, который уже вовсю разговаривал с приунывшим отчего‑то дальнобойщиком. – Мне кажется, я его где‑то видела.

– Он‑то точно Артист, – усмехнулся Док. – Это вы угадали.

– Да? – глаза ее загорелись. – А где он снимался?

– В основном в боевиках.

– Ух ты… А вы?

– А я просто доктор.

Интерес к Доку у девчонки немедленно пропал, и это так ясно отразилось в ее глазах, что Док снова невольно усмехнулся.

Тем временем Артист уже умудрился вытащить Карася к бильярдному столу и принялся расставлять шары.

– Вы у него автограф возьмите, – посоветовал девчонке Док, – он любит это дело.

Бармен спихнул курицу с вертела, разделил ее огромным ножом на две части, разложил по тарелкам и дополнил картошкой‑фри с зеленым горошком. Потом плеснул в тарелки соус и занялся чаем.

В углу кафе послышался щелчок и загремели шары – Артист разбил пирамиду.

Неожиданно за окнами послышался шум подъехавшей машины, двери распахнулись, и в помещение кафе даже не вошли, а ввалились четыре накачанных парня в спортивных штанах и кожаных куртках. Вслед за ними вошел, поигрывая ключами от машины, бритый долговязый мужик и по‑хозяйски оглядел зал. Все присутствующие притихли.

Кто‑то из естественного чувства опасности, кто‑то оттого, что узнал их.

Бармен недовольно буркнул что‑то, девчонка ойкнула и как‑то сжалась на своем табурете. Карась машинально опустил свой кий, который до этого держал вертикально, как почетный караул держит свои карабины, и только на Артиста пришедшие не произвели ровным счетом никакого впечатления. Он даже и ухом не повел – как склонился враскоряку над столом, прицеливаясь для своего удара, так и остался в этой позе.

Бармен налил чай и молча подвинул чашки к Доку.

Вошедшие же направились прямиком к дальнобойщикам и расположились вокруг их стола.

– Платить надо за стояночку, мужики, – спокойно, но достаточно громко сообщил долговязый.

– Сколько? – спросил один из дальнобойщиков.

– Сто тысяч за ночь.

– Но мы не собираемся оставаться на ночь.