Кстати, по ходу выброс высушил практически весь ил на дне озера, так что я шел свободно, ощущая себя персонажем восточной сказки, попавшим в пещеру сокровищ – не только потому, что у меня под ногами во множестве валялись предметы, на которые за кордоном можно было запросто приобрести с десяток шикарных коттеджей…

Меня переполняла сила…

Нет. Силища!

Я уже и думать забыл о том, что Монумент в точности исполнил мое желание, и теперь для меня радиация не губительна, а совсем наоборот, крайне полезна. Того и гляди мою тушку от собственной мощи порвет. А правое предплечье так вообще огнем горит – это «Бритва», подпитавшись от меня буйной энергией, разогрелась так, будто ее только что из пылающего кузнечного горна вытащили. Во всяком случае, ощущение именно такое.

Это все было, несомненно, круто, но хорошим самочувствием и одной лишь «Бритвой» целую бандитскую группировку не победить. Потому я просто выполнял свой квест, рыская глазами туда-сюда в поисках необычного арта, который мог бы сойти за уник…

Но, к сожалению, ничего похожего не попадалось. Видать, правы были бандиты – предыдущие «отмычки» выгребли со дна кордона все самое дорогое, а новых приятных сюрпризов «мусорщики» теперь вряд ли накидают в затон, превратившийся в гигантскую аномалию.

К тому же чем дальше я шел, тем хуже становилась видимость. Туман уплотнялся с каждым шагом, и вскоре я уже еле-еле видел, куда ступаю. Плюс от фосфоресцирующего морока рябило в глазах, голова разболелась, кровь толчками застучала в виски, в ушах зашумело… И в этом шуме я вдруг расслышал беззвучный голос, прозвучавший прямо у меня в голове:

«Ты…»

Это «ты» было слишком явственным, чтобы оказаться галлюцинацией. К тому же я совершенно отчетливо почувствовал чье-то присутствие, словно некто невидимый стоял рядом и смотрел на меня… Кто-то знакомый, потому что я не ощущал враждебности – лишь недоумение. И силу! Страшную силу, во много раз превышавшую мою. Этот некто мог раздавить меня как букашку – но не делал этого.

Потому что узнал.

И я тоже узнал его, ибо подобную силищу, которую чувствуешь кожей, позвоночником, ногтями, под которыми начинает мелко и мерзко покалывать, словно туда, между мясом и ногтевой пластиной, понасовали тысячи мельчайших иголочек, которые вдобавок еще и шевелятся, невозможно не узнать, хоть раз в жизни столкнувшись с ней.

– Я, – отозвался я. И, немного подумав, добавил: – Это я, Фыф.

«Зачем?»

Немой вопрос толкнулся в моем мозге, так, что виски заломило. Я поморщился от боли, но ответил:

– Артефакт нужен. Уникальный. Такой, чтоб сильно удивил тех уродов, что шарятся по берегу затона.

Туман колыхнулся, отступил немного назад – и я увидел, что стою в двух шагах от странного арта, напоминающего прозрачный биллиардный шар, доверху заполненный неоднородной кровью – там чуть светлее, здесь немного темнее. Причем кровь эта внутри шара сама собой медленно двигалась, переливалась, закручиваясь в спирали.

«Бери… Если сможешь… И уходи…»

Я подошел, нагнулся, взял в руку арт, которого не видел нигде и никогда, даже в лаборатории Захарова, известного коллекционера и спекулянта артефактами…

Взял – и едва не выронил.

Я словно до горячей молнии дотронулся: в руку ударил разряд, пронзивший ее до плеча, показалось, что ее сейчас разорвет…

«Спокойно, – беззвучно произнес голос, так похожий на голос моего друга-шама. – Он знакомится… Хочет понять, достоин ли ты его…»

– Ни хрена себе знакомство, – пробормотал я.