Телохранители показали свою непригодность, Романов – наоборот. Неужели бизнесменовская семейка начнет сватать частного детектива, сооблазнять большими деньгами? Как бы его отказ не трансформировал дружеские отношения в прямую противоположность.

Когда вошли в гостиную и хозяева разместились в глубоких креслах, Романов остался стоять. С большого портрета, висящего в простенке, на него с хитрой улыбкой смотрел… старшина Сидякин. Тот самый ротный старшина, который сфотографировался вместе с вечным комбатом, новым командиром роты и фельдшерицей.

Сыщик, конечно, догадывался о родстве фронтовика и предпринимателя, мало того, рассчитывал заполучить из этого знания росток версии о похищении Видовой. Но одно дело знать, совсем другое – видеть своими глазами. Ведь старшина и Ефим Маркович могут быть обычными однофамильцами…

Господи, какие дурацкие мысли лезут в голову, неужели это следствие выпитого коньяка? Достаточно посмотреть на выпяченный подбородок предпринимателя и сравнить его с таким же подбородком на портрете.

– Любуетесь? Настоящий герой, не правда ли? – Ефим Маркович поднялся и подошел к Романову. – Мой дедуля. Всю войну прошел, грудь – в орденах и медалях. Сейчас – заслуженный пенсионер.

– Живет в Москве?

Ответила Надежда Ларионовна – супруг промолчал. Будто местожительство прадеда – страшный секрет. Очередная странность, в истоках которой не мешает разобраться, подумал детектив, испытующе глядя на изображение бравого вояки. Будто тот может ответить на нелегкий вопрос.

– Терпеть не может столицу. Старик – со странностями, навещает сына не чаще одного раза в квартал. Посидит, попьет чайку и – будьте здоровы. Крепкий еще дед, не удивлюсь, узнав о его женитьбе…

Про место проживания, на худой конец о номере домашнего телефона – ни звука.

Вот и все, что частному детективу удалось узнать. А ему хотелось потолковать с престарелым «женихом», заставить его раскрыться. Все же, кто стрелял в капитана Видова? Если судить по прочитанным письмам, особистам тогда так и не удалось найти убийцу.

Странно, но сейчас Романов думал не о похищенной внучке погибшего на войне комбата, а о его убийце. Словно невесть кто заказал ему это расследование.

– Давайте деловую часть нашей беседы завершим в моем кабинете, – ненавязчиво предложил Сидякин младший. – Лариса организовала там легкую закуску, в кабинетном баре найдется, чем промочить горло.

Надежда Ларионовна охотно покинула мужское общество. Новые друзья перебрались в уютный кабинет. Там на приставном столике – копия сервировки обеденного стола. С множеством закусок и легких напитков. Хозяин достал из бара бутылку дорогого коньяка.

Выпили, закусили.

– Буду предельно краток, – официальным тоном предупредил Сидякин после двух рюмок рябинового апперитива. – Не возьмете ли вы на себя мою охрану? Хотя бы до выборов? Относительно оплаты можете не беспокоиться получите столько, сколько запросите.

С одной стороны – заманчивое предложение. Особенно, фраза, касающаяся гонорара. Но превратиться в охранника будущего депутаты означает забросить сыскную фирму, превратиться в подобие очкастого Перса, то есть, по сравнению с сыщиком, в существо более низкого порядка.

Бизнесмен молча смотрел на задумавшегося гостя. С просьбой и нетерпением.

– Дело не в оплате. У нас – фирма частного детектива, совсем другие функции. Советую обратиться в охранное ведомство…

– Перс и остальные мои телохранители именно оттуда. Как вы сами убедились, толку от них никакого… Убедительно прошу вас помочь мне!

Ничего на бизнесмена не действовало, все возражения встречались предложениями увеличенного гонорара.