– Я вся внимание. Рассказывай.

* * *

Она оставила служащего, нанятого ею, следить за кассой, и обратила на меня свое пристальное внимание. Это одна из причин, по которой я ее так люблю.

Я рассказала ей о Дельте, оружии и камне. О бликах магии и поездке к матери. Я упомянула, что ей сказала Дарби, и что ей сказала я, заметив, как глаза Таджи сияют одобрением. Рассказала и о Запределье. И после этого она стала тихой, очень очень тихой.

– Всего два дня, – произнесла я. – Мы вернемся до того, как разразится буря.

«Если все пойдет хорошо»,  – подумала я.

– И, возможно, она свернет в сторону в Атлантики и нас не побеспокоит.

– Мне хочется сказать тебе «не ходи», – промолвила Таджи. – Мне хочется сказать «останьтесь здесь, где безопасно, потому что война – проблема Сдерживающих».

Она потянулась, положив руку на мою и сжав ее.

– Но мы обе знаем, что я этого не сделаю. Война есть война, и она касается всех нас. Она бы в тот раз не была выиграна без Восприимчивых, и, вероятно, сейчас она не будет выиграна без тебя. Мы уже говорили о том, кто мы, о наших судьбах. Я не сомневаюсь, что ты следуешь своей. И если это то направление, в котором движется твоя судьба, ты должны ему следовать. Ты не можешь отказаться от него.

– Является ли слово «судьба» в данном контексте синонимом «глупости»?

– Это и то, и другое, – ответила она с усмешкой. – Вроде того, как ты пыталась удивить меня Бёрком.

– Попытка была успешной. Ты была удивлена.

– Да. И сначала это привело меня в ярость. – Она прищурилась. – Ты знаешь, что я не люблю подобные вещи.

– Знаю. Но, Тадж, ты так много работала, а он был так рад возможности увидеть тебя, что мы подумали, ты обрадуешься. И если бы это не было сюрпризом, то его появление не стало бы такой неожиданностью.

Ее брови приподнялись.

– Не было бы «неожиданностью»? Что ты имеешь в виду?

– Ты рациональный человек.

– Ничего хорошего за таким заявлением последовать не может.

– Ты много думаешь о Бёрке, об отношениях и правилах. Мы просто подумали – Гуннар в основном думал, а я, вроде как, умеренно его поддерживала – что это может тебя развеселить… а почему ты так на меня смотришь?

– Ты переводишь стрелки на Гуннара?

– Очень даже перевожу.

Она вздохнула.

– Я не злюсь. И до сих пор не люблю сюрпризы. Но…

– Но?

Во мне поднялась надежда.

– Увидеть его лицо, увидеть, как он просто стоит там… Это было необыкновенно.

Я не смогла бы сдержать усмешку, даже если бы попыталась. Чего и не собиралась делать, получив такое четкое подтверждение.

– Да, было. То же самое было, когда вернулся Лиам. Я работала с Восприимчивыми, а потом, бум, в парке появился Куинн.

– И Гэвин позади него.

– Как всегда, – произнесла я. – Обнимашки?

– Обнимашки, – сказала она, и мы прижались друг к другу.

– А теперь, – произнесла она, когда мы отпустили друг друга, и властную уперла руку в бедро. – Иди и наполни несколько мешков с песком.

* * *

Мы с Гэвином работали лопатами, а Лиам закрывал ставни наверху и навешивал фанеру над окнами без навесов.

Было жарко и влажно, и мы взмокли за пару минут. Работа была монотонной, но все стало не так плохо, когда мы вошли в ритм, когда каждый удар лопатой в песок стал напоминать звучание песни.

Я какое то время даже размышляла о подготовке к шторму, а не о том, что нам идти в Запределье.