– Это бункер, – с усмешкой ответил Гэвин. – В этом все дело.

– Они там, – произнес Гуннар, идя за нами. – И да, дело в этом. Наблюдательность Гэвина в самом начале пути сулит успех нашему предприятию.

Гэвин моргнул.

– Меня сейчас оскорбили?

– Да, – ответил Лиам. – Тебя только что унизили.

– Давайте войдем, – сказал Гуннар, идя к баррикаде. Дойдя до нее, он прижал руку к панеле, установленной в одной из стоек, и часть кольев убралась, освобождая металлическую дорожку.

– Удобно, – произнесла я, пристально наблюдая за тем, как мы передвигаемся. – Что вы делаете, когда отключается питание?

Гуннар оглянулся и улыбнулся.

– Толкаем.

* * *

Охранники патрулировали узкий промежуток между баррикадой и зданием, еще двое стояли у довольно укрепленной двери.

Они обратили на нас внимание, когда Гуннар приблизился. Он кивнул, показал им свое удостоверение личности, затем отсканировал ладонь, чтобы войти в здание.

Дверь, толщиной почти тридцать сантиметров, открылась и вытолкнула облако холодного воздуха. Охранник слева вздохнул, когда тот добрался до него, закрыв глаза от удовольствия.

– Долгий день, Пит? – с улыбкой спросил Гуннар.

– Жаркий, сэр. Рад служить.

– Вот почему мы любим тебя, Пит. Возьми обязательные перерывы на жару.

– Сэр, – кивнул Пит, и мы оставили его на страже.

Интерьер здания был таким же крепким, как и снаружи, хотя и более технологичным. Дверь открылась в грязную комнату с крючками и шкафчиками на одной стороне, и коридором, который вел к кабинетам, на другой. По центру находилась стеклянная дверь, которая открывала комнату за ее пределами, самую технологичную из тех, что я видела за последние годы. У одной из ее стен располагались мониторы и разное другое оборудование.

У здания, казалось, был легкий фоновый гул, и я не была уверен, связано ли это с техникой, близостью Запределья или генераторами, спрятанными где то, чтобы поддерживать работу объекта.

Мы последовали за Гуннаром через дверь, он подошел к женщине в униформе, которая стояла перед столом, увенчанным большой картой.

– Лейтенант Батист, – произнес Гуннар, протягивая руку женщине.

Она была невысокой и с пышными формами, с коричневой кожей и темно каштановыми волосами, собранными в густую косу, украшавшую ее голову. Глаза у нее были большие и карие, обрамленные идеально изогнутыми бровями, а полные губы растянулись в улыбку, подчеркнутую ямочками на щеках.

– Ландро, – сказала она Гуннару, затем кивнула Рэйчел. – Капитан.

– Лейтенант, – произнесла Рэйчел. – Все, это лейтенант Шон Батист. Она отвечает за эту заставу. Шон, это команда прорыва.

– Добро пожаловать в мертвую зону, – промолвила она. – Все гидратированы? Сегодня там жарко.

– У нас все хорошо, – ответил Гуннар и указал на кулер, который принес Гэвин. – Лед, как и просили.

«Популярная взятка в Новом Орлеане».

– Благодарю. В лучшем случае питание мы получаем периодически, и мы не занимаем приоритетного места в списке на переоборудование. Особенно сейчас, когда им приходится заниматься напорными станциями. Вроде понятно, но раздражает.

– Как выглядит поле? – спросил Гуннар.

– Камеры не работают, потому что они явно не переносят магию. Что является их прерогативой. Поэтому мы используем их низкотехнологичную версию. – Шон указала на середину комнаты, где на вращающемся стуле сидел мужчина, глядя в бинокль и двигаясь взад вперед.

– Перископ, – сказала она, – с видимостью через башню. Дает нам обзор на триста шестьдесят градусов вокруг частокола.