Мередит услышала, как он резко втянул в себя воздух, а потом простонал:

– Филипп... Господи... Проклятие!

Глава 22

Мистер Стентон бросился вперед, Мередит последовала за ним. В нескольких ярдах перед ними на полу лежал мужчина, уткнувшись лицом в темную лужу крови. Другой мужчина стоял на коленях, склонившись над ним, и спиной к Мередит.

– Филипп, – прошептала она, холодея от ужаса. Мужчина, стоявший на коленях, поднялся и повернулся к ней. Их глаза встретились, и Мередит замерла на месте. Его волосы были растрепаны, галстук развязан, очки сбились набок, а лицо и одежда были испачканы бог знает чем. Но никогда в жизни Мередит не видела никого прекраснее и желаннее.

– Мередит! – Он открыл ей навстречу объятия, и, всхлипывая, она подбежала нему и обхватила за шею.

Филипп крепко прижимал ее к сердцу. Она в безопасности пока. Но он еще должен спасти ее от проклятия, а как сделать это теперь, когда Эдвард мертв и камень разбит?

– С тобой все в порядке, Филипп? – негромко спросил Эндрю.

? Да.

Эндрю перевел взгляд на неподвижную фигуру:

– Он мертв?

Филипп тоже посмотрел на тело Эдварда и вздрогнул. Он сожалел об этом человеке, которого так долго считал своим другом. О безумии, овладевшем им. Он знал, что в этом безумии есть и доля его вины. И он ненавидел то, что этот человек совершил – то, что еще могло отнять у него любимую.

? Да.

– Что случилось? – спросила Мередит.

Филипп быстро рассказал им, как догадался о том, что Эдвард был тем человеком, которого они искали, как послал ему записку, чтобы заманить на склад, и о том, что произошло после их встречи.

– Мы боролись за пистолет, и он выстрелил. Я должен благодарить Бога за то, что свинец угодил не в меня, а в него.

Он чувствовал, как дрожит Мередит. Она смотрела на него огромными, взволнованными глазами:

– Услышав выстрел, я первый раз в жизни так испугалась.

Любовь к ней переполняла сердце Филиппа. Если он не сумеет избавиться от проклятия, ей остается жить всего один день, но больше всего она все-таки боится за него. Черт побери!

Мередит погладила его по щеке:

– Я знаю, что ты опечален смертью мистера Бинсмора. И его предательством. Ты жалеешь его и в то же время ненавидишь за то, что он сделал. И винишь себя в его смерти и смерти его жены.

Филипп взглянул ей в глаза и почувствовал облегчение. Она все понимает. Она знает, что он чувствует, и ей не надо ничего объяснять.

– Филипп, их обоих погубила его собственная жадность. – Мередит не сводила с него глаз. – Ты ни в чем не виноват. Ты сам жертва. Его жадность едва не стоила тебе жизни. Пожалуйста, не вини себя за то, что ты не погиб. Хотя бы потому, что я так счастлива, что с тобой все в порядке.

Филипп поцеловал ее мягкие теплые волосы и бросил укоризненный взгляд на Эндрю:

– Я не предполагал, что вы с Мередит появитесь здесь.

– Я подумал, что тебе не помешает помощь.

– Я тебе благодарен, но мне было важно, чтобы кто-нибудь присматривал за Мередит.

– Я не спускал с нее глаз.

– Я надеялся, что ты будешь делать это в моем доме, и тебе это прекрасно известно. Здесь с вами могло случиться что угодно. – Он перевел взгляд на Бакари: – Это и тебя касается.

Бакари вытянул руку с зажатым в ней кинжалом:

– Большой нож. Мог пригодиться.

– Спасибо, – вздохнул Филипп, – но, очевидно, мне придется напомнить вам обоим о том, как надо понимать слова «оставайтесь дома».