– Но этого едва ли достаточно для того, чтобы обвинить кого-либо в убийстве, – сомневалась я.

– А бутылка с опиумом, которую нашли рядом с летним зонтиком и шарфом Мэри? О пристрастии По к опию знали многие.

– Тогда это не было необычным.

– Да, мисс Купер. Но прибавьте к этому то, что он шал Мэри Роджерс, что она доверяла ему и пошла с ним…

– Подождите, – проговорила я. – По в самом деле знал погибшую девушку?

– Джеймс Фенимор Купер, Вашингтон Ирвинг и, конечно, Эдгар По – они все были ее покупателями в маленьком магазине сигар. Если бы я сейчас расследовал это преступление, то с Эдди я определенно хотел бы поговорить. Интересный человек.

– Значит, в какой-то момент вы решили позвонить Зельдину. Звонок был о Мэри Роджерс?

– О ней. Я искал в Интернете, бывал в библиотеке на 47-й улице. Половину статей, которые я прочитал, упоминали имя этого Зельдина. Похоже, он был главным экспертом по Эдгару По. Я позвонил ему и договорился о встрече.

– И он пригласил вас в Бронкс?

– На табачный завод, – добавил Китредж и внимательно посмотрел в сторону Мерсера. – Вы когда-нибудь попадали в ловушку, детектив?

– Думаете, случилось именно это?

При первой встрече со мной и Майком Китредж был недружелюбен. Теперь он значительно потеплел, разговаривая о По, хотя выглядел как параноик, он внимательно вглядывался в нас, пытаясь понять, верим ли мы в его рассказы. Он постоянно что-то теребил на буфетной стойке, вертел пачкой сигарет и покручивал салфеткой, пока та не порвалась у него в руках.

– Это стоило мне работы и чуть не лишило пенсии. Кто-то меня подставил.

– Каким образом? – спросила я.

– На меня накинулась свора парней за воротами.

– Свора?

– Они меня поджидали. Скорее всего, кто-то сказал им, на какой машине я приеду, как выгляжу и что у меня пистолет.

– Откуда вы это знаете?

– Потому что они кричали друг другу, когда повалили меня на землю, – один отдавал приказы, чтобы найти пистолет. Иначе откуда они там взялись?

– Я думала, речь шла о работниках садов?

– Вы ошибались. Двое из них работали несколько лет до этого, но все они были из Куинса. Никто из них не имел никакого отношения к тому району, когда все это случилось.

Китредж говорил отрывисто, словно стреляя в меня словами.

– Они были вооружены? – спросила я.

– У них были ножи. У всех были ножи, – сказал он и стал закатывать рукава куртки, чтобы показать шрам. – Потом один из них выхватил у меня пистолет.

– Но вы застрелили одного из них, – налегал на него Мерсер. – Разве не так?

– Я носил второй пистолет. На щиколотке. Старая привычка, детектив, с работы по наркоте. Они не нашли второй пистолет.

Никогда не понимала придурков из полиции, которым одного пистолета для работы бывает недостаточно. И тут Мерсер издалека запустил удочку.

– Говорят, того парня застрелили в спину? – ласково просопел он.

Китредж подошел к раковине и, стоя к нам спиной, включил воду и прополоскал кружку.

– Кто вам это сказал? Этот чудик Зельдин? Тот, кто изначально не хотел меня там видеть. Он, вероятно, и подстроил все это.

Я взглянула на Мерсера. От внимания Китреджа это не ускользнуло, и он вновь заговорил:

– Думаете, я сочиняю?

– Нет, я так не считаю, – спохватилась я.