– Этот город давно уже мёртв.

– Откуда тогда этот сигнал? – Она трясла дрожащим пальцем у кричащего роком динамика. – А? Откуда сигнал?

– Не знаю, блин, Эби, из прошлого? Я домой хочу, честное слово!

– Поедем туда, сейчас!

– У нас бензин на нуле! Я никуда не поеду!

У Эбигейл затрещало в кармане.

Она взяла телефон.

– Да, пап, нет, я тебя предупреждала, нет… Не кричи. Я говорила, что уеду, я хотела… – Она замолчала, слёзы заблестели в глазах. – Хорошо, мы уже едем, двадцать пять километров осталось. Буду через полчаса.

– Слава богу! – откинулся на спинку сиденья Дэнни, посмотрев на свой телефон – ни одного звонка.

– Повезло тебе с отцом, – насупилась Эби.

– Повезло, – вздохнул он.

До города добирались молча. Радио замолкло через пять минут так же внезапно, как и включилось, и, как они ни пытались поймать сигнал, в эфире мелькали только знакомые частоты их научного городка.

«Мэйленд, – крутилось у неё в голове, – Мэйленд – всё ещё мёртвый город? Но откуда вещала эта радиостанция?»

– Там кто-то есть, да? В этом Мэйленде? – повернулась она к Даниэлю.

– Теперь ты со мной разговариваешь?

– Ты ещё не перестал бурчать?

– Я вообще заткнуться могу.

– Ну и заткнись!

Он замолчал, а Эбигейл чуть не разрыдалась. От усталости, от отсутствия веры… Никто не верил, кроме неё, даже Дэнни, а ведь он сам слышал сигнал, почему же тогда ему не захотелось всё разузнать?

Они въехали в город, и охранник на пункте пропуска пробил их карту.

– Доброй ночи, мисс Линч, опять путешествовали?

Эбигейл ничего не сказала, только кивнула в ответ.

В городе она прослыла странной девчонкой, бродящей по мёртвым городам. Но в этот раз они нашли жизнь, и завтра об этом все узнают.

– Останови здесь, – буркнул Дэнни.

– К подъезду тебя подвезу.

– Я пройдусь!

Даниэль чуть не спрыгнул с машины – он бы расквасил себе нос об асфальт, если бы Эбигейл вовремя не затормозила.

– Мне не нужна твоя помощь, понял! – крикнула она ему вслед, когда тот уже перешёл дорогу.

Дэнни не обернулся и не сказал ничего.

– Ну и чёрт с тобой! – Эби сдала назад и крутанула руль.

– Опять куда-то собрались? – улыбнулся всё тот же охранник на выезде.

– Угу, – кивнула она, – а бензина у вас не найдётся?

Бензин у него был, как и баночка газировки с печеньем. Эбигейл заполнила бак сразу же, как выехала за ворота. Лампочка уже горела красным, а пикап начало трясти. Она закрыла крышку бензобака и опять включила приёмник, но сколько бы она его ни настраивала, он ничего не находил, ничего, кроме их пяти станций, а после и они заглохли, не сразу, одна за другой; у каждой из них был свой сигнал, и каждый сигнал отмирал постепенно, будто разрывая связь между ними и внешним миром.

Откуда в мёртвом городе шёл сигнал? И не просто сигнал, настоящее радиошоу, суперчарт! Может быть, это лишь чья-то шутка? Частное радио? Хобби? Какой-то подросток сидит у себя в комнатушке и перебирает другие сигналы? Нет! Все походило на реальное радиошоу!

Мэйленд был точно мёртв, она ещё с детства об этом знала. Как-то давно, когда ей было двенадцать, она напросилась на вертолётную экскурсию, её брали с собой раза три. Они пролетали над мёртвым городом, видели пустые дома, и Эбигейл плакала, вытирала мокрые щёки, а отец говорил, что если она будет плакать, то больше её не возьмет.