Он окинул ее насмешливым взглядом:

 — Ваш долг, миледи? Вы уж простите меня, тупоголового мужлана, но я не испытываю никакого воодушевления любить женщину, возомнившую, что приносит себя в жертву долгу на супружеском ложе.

 Это было уже слишком! Клара бросилась через комнату и остановилась прямо напротив Гарета.

 — Так вот почему сегодня утром вы не захотели сделать меня своей женой?! Вы потеряли воодушевление, милорд?

 — Неужели вы осуждаете меня? — прищурился Гарет.

 Она уже не владела собой.

 — Но в таком случае мы сталкиваемся с серьезнейшей трудностью, не так ли, милорд?

 — Что же это за трудность, миледи?

 — Знающие люди объясняли мне, что, в отличие от женщины, мужчина не может исполнить свои обязанности без известного вам воодушевления.

 — Кто же этот знающий человек, позвольте полюбопытствовать?

 — Настоятельница Маргарет! — торжествующе выпалила Клара.

 — Ах вот как! — ухмыльнулся Гарет.

 — Вы можете оспорить ее утверждение?

 — Нет, — пожал плечами Гарет. — Она совершенно права.

 — Что же мы будем делать, милорд, если вам так и не удастся испытать хоть толику воодушевления. Полагаю, мы будем вынуждены просить святую церковь расторгнуть наш брак.

 — Так вот, значит, что вы придумали, — угрожающе вкрадчиво протянул Гарет. — Вы решили положить конец нашему еще не начавшемуся браку?

 Заглянув в его глаза, Клара увидела в них дым неземных огней. Но собственная клокочущая ярость не давала ей прикусить язычок.

 — Я очень сожалею, милорд, но к этому суровому шагу вынуждает меня ваша неспособность испытать воодушевление к собственным супружеским обязанностям.

 — Добрейшая настоятельница забыла рассказать вам об одной любопытной особенности мужского воодушевления, мадам.

 — Что же это за особенность, милорд?

 — Иногда его пробуждают самые странные вещи, — он медленно улыбнулся. — Например, хорошая ссора.

 Слишком поздно увидела Клара угрозу в его глазах. Она быстро отпрянула — к сожалению, не так быстро, как хотелось бы.

 Гарет легко сгреб се в объятия, в три широких шага пересек комнату и бросил свою ношу прямо в огромный чан, доверху наполненный свежими цветами и травами.

 Клара с писком погрузилась в душистую массу. В воздух взлетели розовые лепестки и лиетики лаванды. Дурманящий запах закружил голову…

 И прежде чем она успела перевести дыхание, Гарет прыгнул в чан. Губы его поймали ее рот, а тяжелое мужское тело вдавило ее в гору легчайших, ароматных лепестков.

 Глава 12

 Она потеряла дар речи, почувствовав тяжесть сильного мужского тела. Руки Гарета грубо запутались в ее волосах. Губы его были злыми, горячими и ненасытными. А запах дурманил голову гораздо сильнее, чем аромат нежных лепестков, в которых утопала Клара.

 Она моментально забыла все свои доводы, всю мудрость, все обиды и даже ярость, душившую ее всего минуту назад. Воспоминания вчерашних прикосновений Гарета всплыли в ее мозгу — всплыли, и тут же растаяли, сметенные волной новых ощущений. Ликующая радость охватила ее, и все на свете отступило перед этой радостью. Она сгорала от желания вновь испытать удивительные мгновения.