Когда сияющая Кателина проехала полный круг, мама и «дядя» радостно ей зааплодировали.

– Ты самая лучшая мать на свете, моя милая, – шепнул Ники, сев рядом с Алисой на качели. – А Кателина – само очарование. Если и второе твое дитя будет так же прелестно, я буду счастлив абсолютно.

Сердце Алисы таяло от его ласковых слов. Ники был так заботлив, так внимателен и к ней, и к Кателине, и к еще не родившемуся ребенку… Он не давал никаких обещаний, никогда, даже в порыве страсти не говорил Алисе, что любит ее, не предлагал никакого будущего – только настоящее. Но он думал о ней, думал с нежностью, и она была счастлива довольствоваться хоть этим.

– Пожалуй, придется тебе постоянно ходить беременной. Надо же нам заселить этот безлюдный край! – пошутил Ники.

Поняв, что он только что сказал, Ники вдруг осознал, что не представляет будущего без Алисы. Это его самого поразило, и он поспешно встал, боясь, как бы она по его лицу не догадалась, о чем он думает. Нет, надо держать себя в руках. Не следует так отдаваться чувствам.

И все таки Николай был не прочь определить, какие именно чувства испытывает он к этой женщине. Слово «любовь» он не произносил даже мысленно, любовь для него была хуже чумы. Он слишком ценил свою независимость и привык во всем полагаться только на себя. Ники твердо знал: стоит позволить себе расслабиться – и тут же угодишь в капкан. Нет, он не позволит женщине вновь пробить брешь в его сердце! Алиса ему мила, вот и все. Поэтому он оставит ее при себе, но лишь до тех пор, пока она ему не наскучит.

– Ты что, видишь во мне только племенную кобылу? – спросила Алиса, надув губки. Война закончилась, и ей нравилось кокетничать, капризничать, дуться. – Ты деспот и тиран!

– Но признайся, что я тебе не противен! – В глазах его светился озорной огонек.

– Не совсем, мой господин, – ответила она, кокетливо потупившись.

Ники весело рассмеялся. Ему было приятно, что она наконец стала играть роль покорной своему властелину женщины.

– Дорогая, я вижу в тебе массу других достоинств, однако должен признать, мысль о том, что ты носишь под сердцем мое дитя, доставляет мне несказанное удовольствие. – Он склонился над ней и нежно погладил ее начавший округляться живот.

Тут Ники позвала Кателина: она не могла справиться с пони, который явно предпочитал не скакать, а спокойно лакомиться одуванчиками. Поговорив с юной наездницей, Ники вернулся к Алисе.

– Дорогая, я обещал Кателине взять ее на охоту – пострелять белок, и она ждет с нетерпением. Ты не против, если мы тебя на несколько часов оставим? Не скажу, что я горю желанием трястись в седле, но обещания нужно выполнять. Тебя я с нами не приглашаю – тебе верховые прогулки ни к чему. Хочешь, я попрошу Ракель или Марию составить тебе компанию?

– Нет, я с удовольствием побуду одна. Может, пройдусь до озера. До сегодняшнего дня я видела его только из окна, – ехидно добавила она.

– Прости мой скверный нрав, радость моя. Впредь я постараюсь его сдерживать. Все поместье к твоим услугам. Только не уходи далеко в лес, там и заблудиться недолго.

– Хорошо, Ники.

– Так ты точно не расстроишься? – спросил он снова, наклонившись, чтобы ее поцеловать.

– Конечно, нет, дорогой. Только не убивайте слишком много белочек.

– Ни за что. Мы ненадолго. До встречи, любовь моя. – Послав ей воздушный поцелуй, он направился к конюшне.

Вскоре целый кортеж охотников – Ники, Кателина, Арни, Юкко и трое слуг – тронулся в путь, а Алиса, посидев еще немного на качелях, отправилась прогуляться к озеру. Она шла по песчаному берегу, и через несколько минут дом скрылся за соснами. Алиса время от времени наклонялась полюбоваться камушками, сверкавшими в прозрачной воде.