– Томас!

Он обернулся, увидел перед собой Челси, и земля тут же ушла у него из‑под ног.

– Привет, – выдавил он.

Не успел он придумать, что сказать дальше, как вернулась Селена с двумя пластиковыми стаканчиками.

– Отвратительно, – пробормотала она. – Столько сахара, что можно и лошадь свалить.

Она протянула стаканчик Томасу и приветливо улыбнулась стоявшей рядом с ним девочке.

– Меня зовут Челси Абрамс, – представилась та, протягивая руку.

– Селена Дамаскус. Очень приятно.

– Оно и видно, – пробормотала себе под нос Челси.

Диджей снова занял свое место, и вокруг запульсировала музыка.

– Потанцуем? – спросил Томас.

– С удовольствием, – ответили одновременно Селена и Челси.

Челси зарделась и отступила.

– Прости… я подумала…

– И правильно подумала, – заверил ее Томас. – Я приглашал…

– Идите потанцуйте, – решительно заявила Селена, – а я пока допью свой коктейль. – Скривившись, она сделала большой глоток и улыбнулась поверх края стаканчика.

Но Челси покачала головой.

– Меня ждут… подружки, – сказала она и убежала.

У Томаса разрывалось сердце, когда он смотрел, как она пробирается в толпе. Он бы все отдал за то, чтобы прикоснуться к ней и повести ее на танцпол, увидеть, как она улыбается его шуткам, почувствовать, как учащенно бьется его пульс в предвкушении возможного развития событий. И снова он стал заложником очередной упущенной возможности. Он попытался сделать вид, что ничего не случилось, нацепил маску безразличия и повернулся к Селене.

Но глаза не могли лгать, в них читалось сожаление о том, что все произошло именно так, а не иначе. Селена пристальнее взглянула в эти глаза, как будто не веря собственным.

– Что? – спросил Томас.

– Ничего. – Селена отпила коктейль. – На мгновение ты стал вылитый отец.

Когда, несколько часов спустя, дверь закусочной открылась, Джек удивленно поднял голову. Ему казалось, что Эдди ее заперла. Им внезапно овладело раздражение: кто посмел врываться сюда, когда он хочет побыть наедине со своей женщиной?

В зал вошел постоянный посетитель, который изо всех сил старался выглядеть не таким пьяным, каким был на самом деле.

– Мисс Пибоди, – сказал он, – не могли бы вы помочь мне взбодриться кофе?

Джек шагнул вперед.

– Простите, но мы…

Однако Эдди положила свою маленькую ладонь ему на плечо, и он тут же утратил способность разговаривать.

– Полагаю, для вас, мистер Макфи, мы можем это устроить.

Она незаметно кивнула в сторону посетителя, чтобы Джек понял, кто перед ним. У мужчины явно выдался тяжелый вечер – об этом говорили взъерошенные волосы, опухшие покрасневшие глаза и запах отчаяния, который, словно мошкара, витал вокруг него.

– Кофе будет готов через минуту.

«Главными героями этого произведения выступают христианин, верующий и евангелист».

При звуке, голоса Алекса Требека Джордан взглянул на экран телевизора.

– «Биография Джерри Фалуэлла».

Эдди улыбнулась.

– Правильно, Джек?

– Нет. «Путешествие пилигрима».

Когда озвучили правильный ответ, Джордан засмеялся.

– Впечатляет. – Он взял у Эдди чашку с обжигающим кофе.