— Да это можно на ярмарке показывать! — обрадовался Василёк.

— Ладно, садись с нами. — разрешил предводитель и крикнул трактирщику:

— Вина гостю!

При этом он как-то странно дёрнул щекой, а Лён незаметно глянул в сторону Пипихи и наткнулся на её пристальный взгляд.

Лёну принесли захватанный пальцами стакан, полный пенной красной жидкости.

— Хорошее вино. — подбодрил его Василёк.

«Ну как же.» — с усмешкой подумал Лён, который уже сообразил, что угодил в воровскую банду, а также то, что всем мутузникам отлично виден его замшевый кошелёк, висящий на шее. Он макнул в вино палец, прочёл про себя заклинание и выпил стакан одним духом.

— И как же тебя зовут, красавец? — ласково спросил его Ганин Тотаман.

— Лён его зовут! — поспешно сообщил Василёк, который явно надеялся, что друг останется с ним в шайке.

— Лён?! — поднял брови один из мутузников. — Вот это имечко!

И он фамильярно хотел шлёпнуть гостя по спине, но рука его, едва коснувшись плеча Лёна, резко отлетела в сторону. Дело в том, что дивоярец не просто обезвредил вино от сонного зелья, а превратил его в отталкивающий состав.

— Ох, ты! — только и вскрикнул атаман.

— Да, он силён в магических науках. — с гордостью за товарища ответил Василёк.

Все тут же одобрительно зашумели, стали предлагать гостю выпивку и угощение, предлагали чокнуться на счастье. И только Пипиха исподлобья посматривала на него, и в её глазах не было ни капли хмеля.

* * *

Совершенно ясно, что эта шайка — те, с кем ему придётся пройти новую историю. А Василёк — спутник, данный Жребием. Следовательно, от Василька ему не стоит ожидать никакого подвоха. Но кто же тут Лембистор?

Лён разглядывал себя в осколок зеркала, который был приклеен к стене в комнате, куда он попал на постой вместе с Васильком и прочими. Из мутного осколка на него смотрело довольно благородное лицо в обрамлении длинных волос. Ему очень шёл тот светло-коричневый кожаный наряд, в который одел его по своему усмотрению Жребий, и щегольская шляпа с фазаньим пером. Тонкая батистовая рубашка с дорогим кружевом была под колетом, стянутым клёпаным ремнём. Через плечо перевязь, на ней — эффектная шпага. Это явно был его дивоярский меч, только в изменённом виде. Наряд довершался атласным плащом тёмно-зелёного цвета, опушённым выдрой. И вообще Лён ощущал себя экипированным намного лучше, нежели в предыдущий раз. Ему даже подъёмные выдали в дорогу.

— Ну видишь, тепло сейчас будет. — говорил меж тем Василёк, ловко разводя огонь в камине.

Он притянул к огню два деревянных кресла, уселся удобно в одно и принялся жарить на длинном ноже над огнём колбаски. Василёк ещё в школе обожал уют.

Пока они были одни в этой комнате, Лён решил немного расспросить о планах шайки.

— Да, напела нам Пипиха, что где-то спрятан клад. — отозвался на вопрос Василёк, сосредоточенно поворачивая над огнём колбаску.

А далее из рассказа товарища Лён узнал, что эту странную девушку они приобрели случайно. Проходила прошлым годом по дороге колонна каторжников, а после них по обочинам нередко остаются трупы — кто падает в пути, того добивают и бросают. Но с Пипихой произошло иначе: её до смерти не убили, а только поранили и бросили. Встретили её мутузники, когда она уже кончалась, только тихо так чирикала: пи-пи-пи… Пить просила. Как-то получилось, что она увязалась за мутузниками, а потом и проявились эти её странные способности — указывать места кладов и чувствовать погоню.