|
- Нисколько, - возразил Верней, - я хотел отобрать у тебя Жюстину, - но теперь оставляю ее тебе; не печалься - этот предмет стоит всех наших вместе взятых: на свете нет девицы более красивой, более кроткой и добродетельной, чем она. Ты говорил мне о новом браке, и в этом деле тебе будет очень полезна Жюстина, я же отказываюсь от своих намерений в отношении нее, так что, брат, и тебя не обидели. - Но все-таки вы все покидаете меня? - спросил Жернанд. - Да, завтра утром, - ответил Д'Эстерваль. - Ну что ж, - сказал Жернанд, - а я постараюсь поскорее найти новую жену, чтобы мы могли собраться для новых развлечений. На этом они разошлись. Д'Эстерваль с помощью Джона и одной из старух отвел мадам де Верней в комнату, которую отделяла от дортуара Вернея тоненькая перегородка. Но прежде жестокий муж некоторое время шуровал своим членом в ее потрохах, она плакала, а Д'Эстерваль, не имевший никакого желания щадить ее, поглаживал свой твердый, как железо, орган. Верней захватил с собой Марселину и Доротею; Сесилия, Роза, Жюстина и двое ганимедов составили компанию Жернанду. Тщательно подготовленная сцена была ужасна, Брессак и Виктор незаметно пробрались к д'Эстервалю, и к его несказанному удовольствию мать погибла от руки сына. Нам достаточно известен характер этого юного чудовища, чтобы представить себе, с каким рвением и наслаждением он исполнил свою роль. Брессак и Д'Эстерваль по очереди насаживали его на кол, пока он творил чудовищные дела, к которым его поощряли. Несколько часов Вернею не говорили, какое участие принял в этом жестоком убийстве его сын, и скоро мы увидим, как он воспринял это известие. Но сначала расскажем о необычном колпаке, который надели на жертву. Читатель помнит, что похоть Вернея разгоралась от криков несчастной жены, поэтому на ее череп водрузили нечто вроде каски с раструбом, благодаря которой ее вопли, исторгнутые нечеловеческой болью, напоминали предсмертный рев быка. - Черт! Что это такое? - удивился Верней, услышав такую музыку и бросаясь на мадам д'Эстерваль. - Никогда не слышал более сладостных звуков... Какого дьявола они с ней вытворяют, что она так верещит? Наконец крики утихли, их сменили ругательства, свидетельствующие об оргазме д'Эстерваля, не менее громкие и выразительные. - Он кончил, - пробормотал Верней, извергая свое семя в задницу Доротеи, - вот я и вдовец... - Надеюсь, - заметила очаровательная супруга д'Эстерваля, которую, не переставая, ласкала Марселина, - и нам остается горько жалеть о том, что мы не присутствовали при ее кончине. - Возможно, я получил бы меньше удовольствия, - сказал Верней, - потому что наизусть знаю такие вещи... А так я дал волю своему воображению, и оно меня не подвело. |
