По дороге обратно к дому Волк начал спрашивать Шай‑Ама о том, что рассказывал, требуя называть каждое растение и для чего оно может пригодиться в жизни. Шай‑Ама ошибся лишь дважды. Волк только снисходительно улыбнулся и повторил об этих растениях еще раз.

– Учитель!

– Не называй меня так, послушник.

– А как тебя лучше называть?

– Я уже сказал тебе.

– Волк! А зачем ты меня всему этому учил?

– Я пока тебя ничему не учил. Я просто проверял, внимательно ли ты меня слушаешь, а также твою память. Урок первый: запоминай каждую мою фразу, даже если она покажется тебе бессмысленной. Потом спасибо скажешь.

Дни потянулись однообразной чередой. После завтрака они уходили до обеда в лес. После обедали, делали кое‑какую работу по хозяйству, вернее, в основном ее делал Шай‑Ама, а Волк помогал только тогда, когда одному эту работу было выполнить не под силу.

Первое время Шай‑Ама считал дни, а потом бросил. Во‑первых, это было абсолютно бесполезно. А во‑вторых, дни настолько походили один на другой, что он просто‑напросто запутался, что было вчера, а что позавчера. По вечерам они сидели на пороге дома, пили вино или пиво. Шай‑Ама курил трубку. Разговоров серьезных почти не вели. Лишь однажды, тогда Шай‑Ама еще считал дни, Волк сказал, что доволен послушником, а затем спросил:

– А ты‑то, Шай‑Ама, поди‑ка, в голове своей все прокручиваешь, кто‑де я и откуда.

– Может быть. – Послушник выпустил изо рта клуб дыма и улыбнулся.

– И какие тебя посещают мысли? – Волк прищурился.

– Самые разные.

– "Разные", «разные»... – проворчал Волк. – Ну и что ты думаешь?

– То мне кажется, что ты Дай‑мэ‑рак, то Шайрах[2], то один из Первых, то такой же, как я.

– А сам‑то ты кто? Кем себя ощущаешь? А?

– Я не Первый, – вздохнул послушник.

– Это понятно. Но все же?

– Не знаю. Я пришел тогда, когда Дай‑мэ‑рак творил Вселенную, я попросил его остаться с сотворенным народом. Потом...

– И что было потом?

– Потом я стал человеком. Да, правильно, – глаза послушника заблестели, – я человек.

– Знаешь, ты бывал во многих местах. Я не говорю – мирах. Разве можно называть миром одну комнату дома? Сам посуди, наша кухня – это другой мир. Правда, смешно? – Волк как‑то неестественно улыбнулся.

– Неудачное сравнение.

– А по мне, удачное. Все зависит от восприятия, послушник. Что для мелкой букашки целая вселенная, то для человека несколько шагов.

– Ты считаешь всех остальных букашками?

– Я и сам букашка. Но букашка, которая может хоть и медленно, но очень далеко ползать. Ты читал священные тексты многих народов. Что там говорится о людях?

– В той или иной форме говорится о том, что Творец или боги сделали их по своему подобию.

– Правильно, послушник. А что это значит?

– В смысле?

– Ну что скрывается под этим?

– То, что высшие силы наделили человека разумом.

– И это тоже. Но ты не видишь главного.

– Люди могут испытывать чувства.

– И это тоже. Пойми главное.

– Что?

– Человек может все, что и сами Высшие Силы.