На улице пахло сыростью. Уже заметно стемнело, и оружие можно было и не прятать. Я вдохнул сырой московский воздух и с тоской подумал, что очень устал жить. Может, сегодня всё закончится.

В этот момент из подвала выскочили Дядька и Терминатор.

— Сейчас будет тарарах! — радостно сообщил Терминатор.

А я вдруг совершенно случайно заметил, что глаза у него были не радостные. Скучные у него были глаза. И я подумал, что у меня, наверное, тоже такие.

— Всем приготовиться! — скомандовал я, и вопросительно посмотрел на Терминатора.

Тот в свою очередь обернулся к Дядьке и выдохнул:

— Давай!

Тут я заметил бегущего к нам через двор мелкой рысью ОМОНовца в полной экипировке.

— Подожди, — попробовал я остановить Дядьку.

Тот удивлённо оглянулся, и в руке у него я увидел что-то наподобие пульта управления для телевизора.

Дядька смотрел не на меня, а на Терминатора, я для него был не указ.

Терминатор посмотрел в ту сторону, откуда бежал, стремительно приближаясь, ОМОНовец, перевёл взгляд на меня и сказал спокойно Дядьке:

— Ты чего, не слышишь? Давай, родной.

И он дал.

В подвале так грохнуло, что у всех нас заложило уши. У меня было такое ощущение, словно меня по голове чем-то огрели.

Из подвала валил едкий дым, пахло чем-то кислым и горелой тряпкой. Я снял с плеча автомат и скомандовал своим:

— Пошли! — и сам не услышал своего голоса.

Тогда я махнул рукой, и вся кодла покатилась вниз, а я чуть задержался, дожидаясь бегущего к нам ОМОНовца.

Он летел ко мне на всех парусах, возмущённо что-то крича. Он явно принимал нас не за тех. Я подождал, пока он подбежит, сочувственно улыбнулся ему, не слыша ни слова из того, что он кричал мне в лицо, возмущённо указывая то на дымящийся подвал, то куда-то себе за спину. Уши у меня так и были заложены. Поэтому я сочувственно сказал ему, разведя руки:

— Извини, брат, некогда.

И вскинул автомат.

Он умер, так ничего и не поняв. А я побежал в подвал, откуда уже слышались разрозненные выстрелы, которые наверху были почти не слышно.

Сергей Карпин, капитан ОМОНа

Город Мытищи. Московская область

Улица лётчика Бабушкина. Подворотня дома напротив домов 4, 5, 6

Пятница, 27 февраля

19 часов 52 минуты

Мы не приняли всерьёз этот выезд по тревоге. Не наше это, в принципе, дело. Охрана демонстраций, прекращение уличных беспорядков, ну ещё кое-что, где нужна грубая сила, натиск, но не требуется особенных тренировок и специальных знаний. Освобождение заложников — это уже высший пилотаж, это не наша квалификация. Мы в таких операциях, конечно, участвуем, но в качестве поддержки, оцепления, словом, как вспомогательная сила. Самостоятельно мы такие операции не проводим.

Так, собственно, майор Павлов и доложил по начальству. Мы даже переговоры вести не умеем, а это целая наука. Но на майора цыкнули, гаркнули и ему осталось только встать перед телефоном по стойке смирно и сказать:

— Есть!

После этого он положил трубку и дал команду поднять по тревоге две группы.

— Мы поедем вот так, без разведки, брать бандитов? — спросил я его в упор, когда он обрисовал мне кратко суть дела.

— Там сказали, что это, скорее всего, ложная тревога, был какой-то анонимный звонок, наше областное начальство позвонило в Москву, а там его кто-то обругал, что не можем сами справиться. Или что-то в этом роде. Короче — у меня есть приказ, и я должен его выполнить.

— Давай я позвоню, — предложил я.

— А куда? — поднял на меня тоскливый взгляд майор.

Ответить мне было нечего.