— Тогда мы слишком близко к выходу, — прошептал я, — давай попробуем пройти дальше. Надо найти место, где можно продержаться до утра.

Я намеренно говорил очень оптимистичные вещи. Если эта заброшенная база — настоящая могила, то продержаться до утра будет очень сложно. Стражи ведь не стоят при входе всю ночь. Часть из них занимает внутренние пространства, специально подкарауливая тех, кто не смог выбраться до наступления ночи. Однако, переместиться подальше от входа действительно стоило. Возможно, стражи нас пропустили, потому что мы были без сознания. Но теперь они могли нас учуять.

— Главное не заблудиться, — прошептала Соня.

— Я не буду отрываться от стены, — ответил я, — не заблудимся.

Несколько минут мы шли в полной темноте. А потом я заметил, что где-то под потолком появились новые источники света. Сначала я даже решил, что это реакция моей психики на темноту и экстремальную ситуацию. Огоньки были совсем слабенькими, но постепенно я понял, что могу отчётливо разглядеть силуэт Сони.

— Арти, — прошептала она, сжав мне руку, — ты это видишь?

— Вижу, — так же тихо ответил я.

— Что это?

— Скорее всего, насекомые, — предположил я, — или какие-нибудь грибы. Фотолюминесценция.

— Ясно… — ответила напарница.

По мере продвижения я начал замечать следы пребывания людей: на стенах виднелись крепления для фонарей (или факелов?), какие-то подставки или полки.

Наконец, стена, вдоль которой мы шли, упёрлась в самую настоящую дверь. Она была деревянной, с шершавой на ощупь ручкой.

— Осторожнее, — предупредила Соня, когда протянул руку, — может заскрипеть.

— Я осторожно, — уверил я.

Тихонько потянув на себя, я обнаружил странное: дверь двигалась не в сторону, как обычно, а вверх, на того, кто тянет. Зато никакого скрипа не был — так, едва заметный шелест.

Я потянул на себя сильнее, пока не образовался достаточный проём, чтобы можно было пройти внутрь.

— Заходим? — спросила Соня.

— Да, — ответил я.

Когда дверь вернулась на своё место, стало заметно темнее. Тут было значительно меньше светлых точек на потолке.

Помещение было совсем небольшим. Как комната в стандартной квартире. Тут даже была кое-какая мебель: пара стульев, стол, стеллаж, заставленный каким-то хламом.

На столе я заметил кое-что, что привлекло моё внимание. Осторожно приблизившись, держась за стену, я ощупал столешницу. Так и есть: россыпь цилиндрических предметов оказались самыми настоящими свечами. А рядом лежал коробок спичек. Точнее, коробком это было можно назвать с большой натяжкой: это были спички западного производства, из сложенного и нарезанного картона, с одной полосой для зажигания.

— Арти, что делаешь? — настороженно спросила Соня.

— Хочу свет дать.

— Думаешь, стоит?..

— Для стражей это не имеет значения, — ответил я, — они не по свету ориентируются. Но это имеет для нас. К тому же, мы за дверью.

Соня промолчала.

Я оторвал одну спичку. Чиркнул по полосе. Посыпались искры. Со второго раза удалось добыть огонь. Я взял одну из свечей и запалил фитиль.

— Как-то тут слишком… — произнесла Соня, оглядывая комнату, где мы оказались.

— Порядок? — добавил я.

— Да! — кивнула напарница, — точно. Для могилы, где происходило массовое убийство…

— Это ни о чём не говорит, — сказал я, — может, просто это помещение не задели.

— Да, — согласилась Соня, — возможно.

Я подошёл к двери. Она оказалась довольно интересной и даже странной конструкции: вместо петель дверное полотно было подвешено на полосе чего-то, напоминающего то ли кожу, то ли резину.