— Сегодня кухня.

— Что? — не поняла я, потому что отвлеклась на его прекрасную внешность, которая казалась мне еще красивее в последнее время, и это не удивительно, потому что других людей я видела только по телику.

— Я сказал, что сегодня ты хочешь поссориться из-за кухни. В прошлый раз это была машина для кофеварки, которая сломалась.

Я скорчила гримасу:

— Может быть, это потому, что ты не выпускаешь меня на улицу? Я могла бы снять стресс прогулкой.

— Я могу купить тебе манекен, или боксерскую грушу, — насмешливо бросил Рэн.

Я могу запросто и на тебе отработать приемы, — про себя подумала я, но вслух не сказала, потому что я пытаюсь быть более спокойной, после того, что случилось год назад.

— Ты лучше кухню купи. Или другой дом, у тебя что, нет денег? — попыталась догадаться я.

— Аура.

Ну вот. За этот год, я привыкла к нему, и знаю многое об этом парне. Например, что, когда он говорит: «Аура», этим своим загробным тоном, это значит, что дальше последует неприятная лекция, после которой я почувствую себя настолько глупой, что плохое настроение продержится потом еще как минимум три дня.

— То, что мы живем здесь, в этом городе, ни о чем тебе не говорит?

— Говорит, — буркнула я, решив в этот раз изменить сценарий, и не выслушивать проповедь о том, что все происходящее вплоть до того, что мы заказываем эту ужасную пиццу с моллюсками, которую я ненавижу, лишь мне на благо. — Да, я знаю, что мы здесь, потому что мне нужно скрываться. Я даже не знаю, где именно это «здесь» находится. — Горло начало сдавливать, что было неизменным атрибутом этого утомительного диалога. — Но да, ведь я такое ужасное чудовище, что лучше спрятаться в пещере, чем показываться людям на глаза.

Я не заплакала. Я уже давно не плакала, потому что смирилась с тем, что мне никогда не быть прежней Аурой Рид, семнадцатилетней девушкой, у которой было прекрасное будущее, родители, и жизнь, если уж на то пошло. Мне пришлось все это оставить в городке Эттон-Крик, в этом мерзком городе, где я оставила не только прошлое, но и себя саму.

— Еще немного осталось. Прошел год. Твои поиски прекратили, потому что Кэмерону удалось все уладить…

— Радость-то какая, — горько усмехнулась я, сглатывая. — Да уж…

— Не расстраивайся, Аура. Осталось немного. Всего чуть-чуть.

— Тебе легко говорить об этом, Рэн, — сказала я, наблюдая за тем, как он встает, обходит стол, и присаживается передо мной, на корточки. Его руки оказываются на моих коленях.

Наверное, он думал, что, когда он рядом, мне становится легче. Это действительно так, но это раздражает. Я не знаю, делает ли он это, потому что… я ему нравлюсь, или он привык делать это, чтобы я не разбушевалась.

— Ты можешь гулять… даже…

— Не забывай, что я Элис Флетчер, — со смешком вставил Рэн, но мне уже не было смешно.

— Это не важно, — горло судорожно сжималось, но я продолжила: — Неважно кто ты, когда ты можешь гулять за пределами двора как нормальный человек, и наслаждаться компанией других людей, которые думают, что ты Элис, — быстро вставила я, увидев, что это хочет сказать Рэн. — Я словно запертое в клетке животное, которому непозволительно выходить наружу, из-за того, что оно может растерзать людей.

Рэн схватил меня за щеки, притягивая мое лицо к своему.