– Осторожней, детка, а не то так и утонешь в этом болоте.

Глаза его искрились нетерпением – так хотелось поскорее тронуться в путь – и чеканное смуглое лицо сияло. Тресси рассмеялась в ответ, невольно заражаясь его настроением.

В лавке они выбрали несколько пар мужских рубашек и брюк, а затем Рид снял с полки шляпу.

– Ну-ка примерь, – сказал он, – может быть, удастся заправить под нее волосы, и тогда не придется их стричь. Мне чертовски не хочется тебя уродовать, – добавил он весело, пытаясь заправить под шляпу ее непослушные локоны.

Тресси покачала головой:

– Ничего не выйдет. Что, если шляпу сорвет ветром? Нет, придется остричься. В конце концов, не так уж это меня изуродует, – заявила она, поглядывая в зеркало. – Когда ты только появился на нашей ферме, мои волосы были коротко острижены. При этом я вовсе не выглядела уродкой.

– Разве? А почему же тогда я удрал сломя голову при первом удобном случае? – поддразнил он.

– Да уж не из-за моей стрижки, мистер Умник. Верно ведь? – С этими словами Тресси ткнула его пальцем, и Рид просто взвыл от смеха. – Верно?

– Я тебя испугался, – с серьезным видом признался он. – Ты всегда добиваешься своего.

– В таком случае прибавь к нашим покупкам ножницы, если ты еще не сделал этого. На первом же привале ты будешь иметь честь собственноручно состричь мои локоны… а пока что я подберу их под шляпу. Вот так.

Увлеченные беседой, они не заметили доктора Гидеона, покуда он не подошел совсем близко.

– А, миссис Мэджорс! – прогудел он. – Какая приятная встреча!

Рид, глядевший на Тресси, резко обернулся. Гидеон подошел ближе.

– Ага, и ваш друг тоже здесь. Кажется, мы незнакомы. Я – Абель Гидеон… а вы, верно, отец малыша? У него были ваши глаза. – Доктор вперил в Рида такой пристальный взгляд, что тот невольно поежился. Странно как-то. Что здесь, черт возьми, происходит? А впрочем, он скорее провалится в ад, чем станет объяснять доктору, что он вовсе не отец Калеба. Не его это дело!

– Рид Бэннон, – буркнул Рид, нехотя протягивая руку.

Гидеон словно и не заметил ее. Раздувая ноздри, процедил:

– Мне очень жаль, что так вышло с вашим мальчиком.

– Спасибо. Тресси, ты готова? Пойдем.

Девушка безмолвно кивнула и двинулась за Ридом. Они оплатили покупки, прибавив к ним пару ножниц, и вышли на улицу.

– Что бы все это значило? – вслух гадал Рид.

– Знаешь, он мне не нравится. По-моему, он плохой врач. Сейчас я жалею, что позволила ему лечить Калеба. От этого человека меня в дрожь бросает. Он так смотрит на меня, словно знает обо мне что-то тайное и постыдное.

– И у меня такое же чувство. Да ну его к черту! По-моему, мы ищем неприятности там, где их вовсе нет. – Рид пожал плечами и крепко взял ее за руку. – Пойдем, я тебе кое-что покажу. Тебе понравится, вот увидишь.

Он повел Тресси в платную конюшню, и в отдельном стойле она увидела прехорошенького серого ослика. Он уставился на людей большими карими глазами и приветственно задвигал ушами.

Тресси ласково погладила ослика по теплому шершавому носу.

– Неужели он наш? Рид кивнул.

– Угу. От носа до копытца. На сей раз, родная моя, мы будем путешествовать с шиком. Ослик повезет весь наш груз. И это еще не все. – Он подвел Тресси к соседнему стойлу, где фыркали два коня. – Теперь мы поедем верхом. А еще, – торжественно заключил Рид, – я накупил целую кучу носков.

Тресси внимательно оглядела невысокую чалую лошадку.